Чистые пруды - место, где прошлое не прячется в учебниках, а живёт в отражениях, в шелесте опавшей листвы и в тихих шагах тех, кто умеет слышать город. Художник нонконформист Игорь Новиков давно сделал этот уголок Москвы своей территорией- не столько географической, сколько душевной. Здесь, у памятника Алексндру Грибоедову, он чувствует себя не просто жителем, а участником вечной пьесы, где строки «Горя от ума» звучат не со сцены, а прямо в воздухе бульваров.
Игорь Новиков -художник с мировым именем, философ-космист, теоретик соц-арта, провидец, скептик, нигилист, и при этом -тонкий, чувствующий, сопереживающий художник, ключевая фигура московского нонконформизма. Игорь Новиков - связующее звено между советским «неофициальным искусством» и международным арт-рынком. Новиков нашел свой Цайтгайст, свою конкретную историческую эпоху в конкретном периоде жизни общества. В его творчестве в картинах приобретаем документ эпохи, зашифрованный в пиктограмму. Игорь Новиков узнаваемый в творчестве, оно имеет свое лицо и стиль. Художник рад, что именно так он открывает мир своего театра, который он придумал и создает. В то же время Игорь Новиков анализирует, бравирует этими пиктограмами. Это его знак, его шифр! Эти человечки - оцифрованный знак человеческих судеб вечной пьесы. Игорь Новиков художник, передающий время, в котором он живет, он пророк, и многие его картины и темы пророческие, он продолжает линию нонконформизма, и придает ей новое звучание.
Ночные прогулки Игоря Новикова –художника нонконформиста, академика РАХ России по бульварам Москвы -это не просто привычка, а ритуал. В тишине, когда город сбрасывает дневную суету, тени становятся длиннее, а истории -живее. И в этих сумерках художник вступает в свои особенные приключения — с тенью памятника Грибоедову. Она будто бы ведёт с ним молчаливый диалог, то подталкивая к новым идеям, то предостерегая от поспешных решений.
Игорь Новиков долго жил в Швейцарии так как был стипендиат ЮНЕСКО от Швейцарии, потом учился в художественной Академии Герита Ритвельда в Амстердаме. Вернувшись в Москву, он полон энергии, свободомыслия и готовности открыто высказывать свои взгляды. Судьба Игоря Новикова -это судьба «передового человека» в косной среде как и у Чацкого. Он слишком свободен и умён для «фамусовского общества», где ценят не личные достоинства, а связи и умение угождать. «Милион терзаний» и вечных поисков -трактует Игоря Новикова нонконформиста как «вечного обличителя лжи» и в перспективе - победителя: его правда рано или поздно должна пробить себе дорогу, хотя лично ему в этом обществе пока места не было. Конфликт с обществом нарастает . Игорь нонконформист художник, как и Чацкий, резко критикует нравы московской тусовки ,чинопочитание, раболепие, слепое подражание иностранному и пустому искусству. Игорь Новиков - он как зеркало жизни, в его многочисленных картинах отражаются главные споры и противоречия России и мира искусств, в котором мы живем . Более того, также как и Чацком об Игоре тоже пускают слух о его «безумии» , чтобы защититься от его и его искусства и успеха, и смелых высказываниях в своих картинах. Игоря также хотят изгнать из общества оболгать и высмеять они боятся его правдивых картин и взглядов. Сплетня быстро распространяется, и московское общество охотно принимает версию о сумасшествии Чацкого и художника : так проще не слышать неудобной правды, история повторяется. Игоря Новикова сторонятся, обсуждают за спиной, воспринимают как угрозу привычному укладу. В этом тоже отражение времени: инакомыслие часто встречали в штыки, а попытки говорить правду могли привести к социальной изоляции. Игорь Новиков представляет новое, прогрессивное начало: стремление к независимости мысли, к развитию национальной культуры, к осмыслению к настоящему искусству на благо дела России- человечества, а не лица и карьеры. А «фамусовское общество» - это консервативный уклад, где ценятся связи, угождение начальству, пустота светских развлечений и страх перед настоящим правдивым искусством . В этом конфликте и раскрывается суть эпохи: нарастание противоречий между теми, кто хочет перемен, и теми, кто держится за старые порядки. Сам Игорь Новиков признаётся, что порой ощущает себя то Чацким — острым на язык, не терпящим компромиссов с ложью, то Фамусовым — человеком порядка, который пытается удержать мир в привычных рамках. И когда он «становится» Фамусовым, памятник, кажется, не одобряет этого: тень будто бы становится строже, а город - чуть холоднее. Художник с улыбкой говорит, что Грибоедов его наказывает: то внезапный порыв ветра сорвёт набросок, то поздно ночью гуляя по Архангельсому переулку видит его длинную тень Грибоедова несущую свою голову в руках под стук его бронзовых тяжелых шагов, то свет фонаря погаснет в самый неподходящий момент и страшные разговоры с криками из театра «Современника» где был раньше любимый родителями Игоря кинотеатр «Колизей», то девушка на мотоцикле его собьет сломав его этюдник который принадлежал самому Корбюзье, и он окажется в СКЛИФе весь в ранах истекающий кровью. Но в этом есть и своя поэзия - словно классика не даёт забыть, что искусство должно быть честным.
В пейзажах Игоря Новикова, посвящённых Чистым прудам, эта двойственность всегда заметна. То в отражении воды проступит резкая, почти обличительная линия- и это Чацкий. То мягкие контуры липовых аллей и спокойная архитектура будто шепчут о привычном укладе - и это уже Фамусов. А памятник Грибоедову на фоне всего этого - немой свидетель, строгий судья и одновременно союзник, друг, который напоминает: в искусстве, как и в жизни, важно не терять голос, но и не забывать об ответственности перед теми, кто будет слушать.
И поэтому для нонконформиста Игоря Новикова Чистые Пруды - это не просто адрес на карте. Это мистическая сцена переходящая на его полотна, где каждый вечер разыгрывается новая глава его личной истории, переплетённой с историей города и литературой. И пока тень памятника Грибоедова скользит по брусчатке, и часто навещает Игоря и заглядывает в его двор и мастерскую на Чистых Прудах, художник продолжает свой путь в театре своего искусства - между строк, между эпох, между ролями, которые он примеряет и тут же снимает маски, чтобы вновь взяться за кисть и поймать тот самый миг, когда прошлое становится настоящим и перейдет в будущее.
Здесь на Чистых Прудах Игорь Новков создал «Музей нонконформизма на Мясницкой 22» а в далеком 1986 году основал легендарный московский арт-сквот авангардистов в «Фурманном переулке дом 18». Объединение «Фурманном переулок дом 18» стало знаменитым не только в России, но и в мире. В «Музей нонконформизма на Мясницкой 22» каждый день приходят люди, частенько студенты, дети, и всем художник Игорь Новиков о том, что он « сам и есть Чацкий- несмотря на свой острый язык, передовой персонаж, благодаря ему общество развивается, а иногда бывает и Фамусовым, который твердит «все книги сжечь», - это враг прогресса и развития»
Его знаменитая фраза как и у Чацкого «Служить бы рад — прислуживаться тошно» точно выражает позицию академика нонконформиста Игоря Новикова художника Чистых Прудов.
