Шаг в анимацию
16 сентября 2019
Денис Кирис: "Бюджет на культуру нужно увеличивать вдвое"
16 сентября 2019
В поисках "Фантастики". На экраны выходит анимационная комедия для всей семьи "Братья Медведи. Тайна трех миров"
13 сентября 2019
Четвертый фестиваль музыкальных театров России "ВИДЕТЬ МУЗЫКУ" начинает работу
12 сентября 2019

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

25 февраля 2019 13:15

Чуваки и чувихи: мюзикл "Стиляги" в Театре наций

Спектакль поставлен режиссером Алексеем Франдетти с подачи художественного руководителя театра Евгения Миронова.

Фото: Ира Полярная
Фото: Ира Полярная

Действие основано на одноименном фильме Валерия Тодоровского и литературном первоисточнике – повести Юрия Короткова "Буги на костях".

Фильм всенародно известен, так что подробно рассказывать сюжет не нужно. История про то, как правоверный комсомолец Мэлс в середине 50-х годов, когда Сталин уже умер, но культ личности еще не отменили, из-за любви к отвязной девушке Пользе стал стилягой. Потом девушка родила ребенка и передумала стиляжничать, а парень, наоборот, втянулся насовсем, помимо любви, потому что тяга к девушке — толчок к его внутренней автономии. Мэлз навеки отравлен правом выбора.
 
Посыл "Стиляг" сформирован зачарованностью людей общим действием. Борьбой двух ритуалов. Сшибкой коллективных психологий – большой и малой, организованной и стихийной, требовательной к соблюдению догмы и  развинченно-игровой, темной  и разноцветной. "Советские люди" и стиляги так же различны, как арбуз и свиной хрящик. Но драма этой трагикомедии в том, что большое запрещало малое. А малое сопротивлялось запрету, как могло. Декоративно. "От саксофона до измены — один шаг", говорили им.  "Заживо хоронить — выбор отличный, но только не мой, я разберусь со своею судьбой", отвечали они.   
 
Спектакль, тем не менее, получился не столько об эпохе (хотя и о ней, конечно, тоже), сколько об идее свободы и верности свободе при запретах, что гораздо труднее, чем просто выплеск адреналина под музыку. "Это не про систему в буквальном смысле", говорит Алексей Франдетти, "это про Монтекки и Капулетти, если хотите. И про человека как художника своей жизни". И это история любви, разбившейся о быт. Независимая Польза, которая "перебесилась", становится похожа на свою мать – грубую, практичную, любящую орать. И всецело занятую бытом, точно как поэтичная Наташа Ростова, когда вышла замуж. В "Стилягах" кроме прочего, есть подспудный вопрос на засыпку: а нет ли в этом превращении стрекозы в муравья своей правды?
 Фото: Ира Полярная

Как и в фильме, песни разных эпох и разных  авторов (каждый узнает "Summertime",  "Я люблю буги-вуги", "Король оранжевое лето", "Пусть все будет так, как ты захочешь",  "Будь со мной", "Желтые  ботинки" и прочее) органично вписываются в сюжет и ложатся на эпоху 50-х, как будто их сшили по мерке времени. Что придает конкретной истории привкус вневременной аллегории.
 
Все начинается с репетиции физкультурного парада. Под патриотический мотивчик передовая молодежь бодро марширует, копируя телами танки и самолеты, а то и памятник Рабочему и Колхознице. Пластические маркеры времени внезапно прерываются джазовыми синкопами, и в мареве рок-н-ролла появляются они. Пестро одетые нарушители общественного  спокойствия. Те, кто "хиляет по Броду". "Чуваки" и "чувихи", бросившие вызов серым (и в буквальном смысле) "жлобам". И если средь стиляг есть ударники, то (цитата из спектакля) отнюдь не коммунистического труда. 
 
Мы видим, как реальная жизнь отчаянно  рвется из регламента, неважно,  какого.  Здесь — из песни 1937 года "Москва майская" ("Утро красит нежным светом стены древнего Кремля…") как лейтмотива действия. Из пут коммунального быта,  показанного смачно и  двояко – как обыденность и как фарс. Из жестких преследований, когда феерия оборачивается арестами. Спектакль и похож на фильм, и не похож одновременно. Сходство — потому что тоже сделан с легкой иронией, ее столько, сколько нужно, чтобы зрелище не превратилось в стеб.  Отличие — потому что Франдетти и его соавторы – хореографы Ирина Кашуба и Анатолий Войнов, сценограф Тимофей Рябушинский,   художник по костюмам Анастасия Бугаева, постановщик света Иван Виноградов и музыкальный руководитель Евгений Загот – нашли  собственные  художественные слова для театральной версии. "Хотел ставить мюзикл "Брат- 2", но театр предложил "Стиляг", – говорит Франдетти. – "Я подумал – почему нет?  Это как в детстве, где была игра в трех мушкетеров, по любимой книге, а тут любимый фильм. Для меня это закрытие гештальта. И моя задача была не копировать картину, но наоборот, сделать спектакль как можно дальше от фильма".

Фото: Екатерина Литвиненко 
 
Темпоритм динамичного зрелища слагается из емких деталей и театральной "гонки" столкновений "тех" и "этих". Песня "До свиданья, мама" – яростный манифест Пользы во главе женской рок-группы: тут еще и привет феминисткам. И лукавый флер времени действия в коммуналке, там эмблемой становятся личные сиденья от унитаза, с которыми квартиранты бегут в очередь в общий туалет. Сценическая стена, где советская патетическая мозаика соседствует с граффити. От них сперва шалеешь (какие граффити в сталинскую эпоху?), а потом понимаешь, что это стена-символ: за ней, по замыслу, встает любая постройка, кого-то куда-то не пускающая или о ком-то исторически напоминающая — Берлинская ли, Великая Китайская или стена Цоя на Арбате.
 
Франдетти искусно показывает мир зомби. Да, кто-то искренне не понимает, как это возможно – быть не как все. Но, когда речь идет о неразделенной любви и ревности комсомолки Кати, в ее подсознании включается песня "Будь со мной", спетая как приказ, а также неизвестный девушке Фрейд. И личная месть Кати (органичная в сценическом фанатизме Наталья Инькова) подается как идеологическая борьба. Зрительный зал не раз вовлечен в действие, но особенно впечатляюще — в сцене исключения Мэлса из комсомола: зажигается свет, и публика становится массовкой, в которую отвергнутая девица сублимирует сексуальную истерику (прикрытую, как фиговым листочком, марксистко-ленинско-сталинской риторикой). При этом однотипные люди в черном, все с завязанными глазами, качаясь, как в шаманском камлании, поют в проходах партера песню "Скованные одной цепью".  Переходящую в жуткую монотонную агитку. (Замечу попутно, что сочетание живой музыки с мультитреком в "Стилягах" сделано без сучка и задоринки, а свет и все перестановки жестко привязаны к звуку).   

В мюзикле работает прекрасный ансамбль, хорошо танцующий и физкультпарад, и буги-вуги, и апофеоз с тазами и кастрюлями в коммуналке, и водочную ностальгию с эмалированными кружками в забегаловке, хоть на полу (от ботинок на "манке" пришлось отказаться, в них не потанцуешь), хоть на кровати. Ребята ладно поют даже в небесах, куда иногда отправлены волей режиссера — летать на лонжах. Например, в момент постылой женитьбы Фрэда, бывшего стиляги, а ныне дипломата, когда с высоты три Мерилин Монро издевательски поют "Ему не нужна американская жена". То, как слаженно все действуют, хотя нужно за несколько секунд  переодеваться из костюма в костюм и одному актеру играть  несколько ролей – тоже впечатляет. Не могу не назвать имена Сергея Векслера, Олега Масленникова, Игоря Балалаева и Анны Галиновой, вкусно сыгравших "возрастные" роли. Стиляги Боб и Фред (Александр Волочиенко  и Александр Новин соответственно) – как большие дети. Ну, так, собственно, в каком-то смысле и было. 

Фото: Ира Полярная

Исполнители главных ролей в двух составах (Дарья Авратинская и Анастасия Тимушкова, Олег Отс и Эмиль Салес) полны энтузиазма, но пока, кажется, слишком волнуются, и кому-то можно еще поработать над вокалом, а кому-то над дикцией и подачей слов. И вот еще что. Заявленный – по умолчанию — в диалогах "психологический театр" не у всех сочетается с броской природой танцев, песен и представления в целом. Это, наверно, вопрос дополнительных репетиций. Или проще: на "Стиляг" лучше приходить на пятый или шестой спектакль, когда все уляжется и утрясется.       
 
"Чем свободней человек, тем проще он одет". Это истина для свободных.  А те, кто здесь — не свободны. И правда бывшего стиляги, а ныне советского  дипломата Фрэда – смерть мечты. В Америке нет стиляг,  говорит Фрэд. Но мы-то есть, кричит  Мэлс. И он прав.  Об этом — грандиозно-задушевный финал спектакля, когда Мэлс поет "До свиданья, милый друг", а вокруг него — и вторя ему — собираются призрачные фигуры в белом (персонажи этой поучительной истории). "Поступок — шаг по вертикали. Другого смысла и других последствий в нем нет". 

Фото: Ира Полярная
 

 

Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ О ТЕАТРЕ

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

Шаг в анимацию
Денис Кирис: "Бюджет на культуру нужно увеличивать вдвое"
Русский прорыв в Москве. Егор Летов в "Программе А"

В Москве

В поисках "Фантастики". На экраны выходит анимационная комедия для всей семьи "Братья Медведи. Тайна трех миров"
Встреча через столетие. Капелла имени Юрлова и Оркестр имени Осипова в гала-концерте к юбилею первого совместного выступления
В Театре Олега Табакова открыли новый сезон
Новости театра
ВСЕ НОВОСТИ ТЕАТРА
Вы добавили спецпроект в Избранное! Просмотреть все избранные спецпроекты можно в Личном кабинете. Закрыть