Итак, пальму первенства "переоцененности" читатели присвоили следующим произведениям русских авторов:
- 33 процента — "Лолите" Владимира Набокова.
- 21,9 процента — "Войне и миру" Льва Толстого.
- 14 процентов — "Архипелагу ГУЛАГ" Александра Солженицына.
- 11 процентов — "Анне Карениной" — Льва Толстого.
- 10,4 процентов — "Мастеру и Маргарите" Михаила Булгакова.
Наиболее же "дутыми" книгами иностранных творцов россияне сочли:
- 35 процентов — "Над пропастью во ржи" Джерома Д. Сэлинджера.
- 17,1 процента — "Атлант расправил плечи" Айн Рэнд.
- 15,3 процента — "Очерки по психологии сексуальности" Зигмунда Фрейда.
- 15 процентов — "Вино из одуванчиков" Рэя Брэдбери.
- 13,6 процента — "Ромео и Джульетта" Уильяма Шекспира.
Опрошенные видят главный секрет известности этих, в сущности, слабых литературных текстов в авторитете их создателей в читательской среде, грамотном пиаре и популярности в соцсетях.
Позволим себе прокомментировать этот рейтинг. Во-первых, труд Зигмунда Фрейда явно "не отсюда". Оценить его значение компетентно могут только специалисты, а широкая публика максимум что способна отметить – что эта работа написана сложно по сравнению с текстами современных гуру мотивационной психотерапии, и на их фоне, конечно, основатель психоанализа для широкой непросвещенной аудитории проигрывает.
Что же касается рейтинга художественной литературы, о которой, полагаем, и был опрос, то очевидно, что он составлен по ответам молодых респондентов, мыслящих категориями сегодняшнего дня ("раскрутка = пиар", "соцсети рулят"). Отвечающие даже не отдавали себе отчета в том, что подавляющее большинство книг написано в годы, когда о таких технологиях слыхом не слыхивали. Трагедии "Ромео и Джульетта" уже более 400 лет, романам Льва Толстого – более полутораста, прочие тексты созданы в течение ХХ века, за исключением романа Айн Рэнд. Иными словами, и Булгаков, и Сэлинджер, и Солженицын бытуют в пространстве художественной прозы уже под сотню лет безо всякой рекламы и соцсетей на выходе (а порой, как в случае с Булгаковым и Солженицыным, наоборот, со всеми возможными запретами и препонами). "Долголетие" существования книг говорит само за себя. Оно, как и спорность текстов – лучшая антитеза понятию "переоцененности", ибо реально переоцененное забывается быстро.
К слову, некорректно отнесение Набокова (лидера антирейтинга) в контексте "Лолиты" к русской литературе. Роман написан на рубеже 1940-50-х на английском языке в США, впервые вышел в 1955 году в Париже на том же языке. Лишь десятью годами позже писатель перевел его собственноручно на не забытый им родной язык. Да и вся история очень "американская". Допустим, тяга взрослых мужчин к молоденьким нимфеткам встречается где угодно – однако выход из этой ситуации, предложенный писателем, возможен только при образе жизни и общественно-экономическом устройстве США, где декларируемые пуританские нравы не мешают своеобразной паре переезжать из штата в штат и продолжать свои отношения, при том не лишаясь куска хлеба, пока Лолита не сбегает от Гумберта с нехорошим человеком, что тоже очень "по-западному". "Русскими" произведениями Набокова можно назвать, скажем, "Машеньку" или хотя бы "Защиту Лужина". Но они почему-то в списке не фигурируют вовсе. Должно быть, их участники опроса попросту не читали. Все же к "Лолите" привлекает внимание многих пикантный сюжет. Кстати, если кто искал порно-роман и нашел "Лолиту", то да, сочтет её переоцененной...
Ну, а что касается Льва Толстого – можно предположить, что такое "послевкусие" его наследию оставляют школьные уроки литературы, на которых буквально вдалбливают о величине гения автора. Меж тем читать Льва Николаевича, особенно "Войну и мир" с её франкофонной половиной, ученикам каторжно трудно. Тем более – понимать. Вот и результат.
