— 175. Из них 120 изображают море. Море — стихия Айвазовского, его любовь. 55 полотен, на которых нет моря, — так называемые сухопутные пейзажи. Они тоже очень выразительны. А всего на выставке порядка 200 экспонатов.
— Русский музей, несколько дворцов-музеев под Петербургом — Царское Село, Петергоф и Павловск. А также Центральный военно-морской музей и Феодосийская картинная галерея. Я как куратор выставки сочла, что участие Феодосии — родины живописца — очень важно. Таким же важным мне представляется участие Национального музея Армении из Еревана. Айвазовский, армянин по национальности, много помогал своим соотечественникам.
— Военно-морской музей любезно предоставил не только живописные работы Айвазовского, но и работы из так называемого корабельного фонда — несколько моделей кораблей и подзорные трубы, которые принадлежали флотоводцу адмиралу Лазареву. Штурвал корабля, глобус звездного неба, очень красивые компасы — всего 15 рукотворных, с большой любовью сделанных предметов.
— Как они вписываются в контекст живописи?
— Это — украшение выставки и необходимое пояснение к биографии художника. Айвазовский сам не раз совершал морские плавания. Прекрасно знал и корабельный быт, и устройство кораблей, и всю корабельную оснастку.
— Говорят, на выставке есть паспорт с отметками о его путешествиях...
— Нет, к сожалению. Этот раритет хранится в Феодосийской картинной галерее в рукописном отделе. Но мы представляем путешествия Айвазовского в электронном виде. Он посетил более ста городов, а может быть, и более — невозможно все учесть. Сделали компьютерную программу — надеюсь, она у нас заработает.
— Выставка только что открылась, а слухов о ней уже множество...
— Очень хорошо, мы будем рады, если люди придут. В целом выставка производит очень светлое впечатление. Какие бы бури там ни изображались, какие бы штормы на нас ни обрушивались, экспозиция Айвазовского несет в себе положительный заряд.
— Почему свои полотна он писал по памяти, в мастерской, хотя жил у моря?
— Айвазовский считал, что движение волны, дуновение ветра, луч света, падающий на волну, невозможно писать с натуры — каждое мгновение всё это меняется. Только память художника может удержать впечатления.
— Говорят, он был коммерческим мастером, хорошо просчитывающим свою выгоду.
— Да, это в нем было. Но были и щедрые деяния для земляков-феодосийцев. Из своего имения он провел водопровод в город — 50 тыс. ведер воды в сутки. Если в Феодосии жили тогда самое большее 10–15 тыс. человек, сосчитайте, сколько на душу воды приходилось.
— По пять ведер.
— Вот. А Феодосия всегда страдала от отсутствия питьевой воды, ее собирали по каплям. Водопровод он провел в водозаборные фонтаны, к которым каждый мог придти за водой. Горожане называли его добрым гением Феодосии и были ему безмерно благодарны. Бульвар Айвазовского, улица Айвазовского, набережная Айвазовского — эти наименования появились еще при его жизни. Он также построил библиотеку, подарил городу картинную галерею, собирал артефакты древней истории. Способствовал проведению железной дороги и расширению торгового порта.
— Когда он всё успевал — при таком-то размахе художественной деятельности?
— При жизни у него было 120 персональных выставок и в России, и далеко за ее пределами. Чаще всего он делал их с благотворительной целью. Картины продавал, доходы жертвовал в пользу пострадавших от неурожая, студентов, воинов, вдов и сирот. Это был человек, который не шумно, не броско, но по всей жизни пронес способность делать добро.
— Ваши коллеги уверены, что выставка Айвазовского будет глобальным явлением в культурной жизни столицы.
— Думаю, так и случится. Хотелось, чтобы она принесла людям радость, которую сам художник получал от своего творчества. Он работал не натужно, легко. Импровизировал на холсте. Эта легкость ощущается и сейчас, хотя со дня его смерти прошло 116 лет.
— Если будет наплыв посетителей, Третьяковская галерея справится?
— Нам кажется, что сейчас всё разумно и правильно продумано. Билеты уже недели три продаются на нашем сайте — на определенный день и час. Пуск на выставку — пошаговый, через каждые полчаса. Но эти получасовые сеансы не ограничивают время пребывания, они должны помочь урегулировать движение, чтобы не было очередей.
— Двери, снесенные во время выставки Серова, вы не укрепляли?
— Это дело наших хозяйственных служб. Думаю, что ничего экстраординарного не произойдет.
