Целый век с фильмом "Броненосец "Потемкин"

Как же авангардная лента стала мощной "мягкой силой" молодого советского государства?.. И почему сейчас такого в нашем современном кинематографе нет?

Постановщик фильма Сергей Эйзенштейн был очень молод — всего 27 лет! К тому же горяч, дерзок и упрям. Он снял и смонтировал свой шедевр всего за два месяца. Перед первым показом то ли сам, вручную, раскрасил флаг на восставшем корабле в красный цвет, то ли использовал трафарет. Но, как бы там ни было, этот жест вызвал у зрителей неистовый восторг и надолго запомнился — ведь эпоха цветного кино еще не пришла!

Этим проектом Эйзенштейн сразу же заработал себе славу кинематографического гения (и не растерял ее до конца жизни).

Рассказ о восстании моряков царского корабля в 1905 году был наполнен метафорами, смелыми сюжетными переходами, кадрами, вошедшими в историю кинематографа навсегда. От коляски, катящейся по ступенькам одесской лестницы, и выразительнейших крупных планов и сейчас мороз по коже!

Любители кино, критики, исследователи, эксперты во всем мире ценили и ценят "Броненосец". Вот лишь некоторые его регалии: уе в 1926 году фильм завоевал приз на Всемирной выставке в Париже. В 1958 году "Броненосец "Потемкин" был признан лучшим в дюжине лучших фильмов всех времён и народов по результатам международного опроса критиков в Брюсселе. В 1978 году его назвали первым среди ста лучших фильмов по опросу киноведов мира. В 2010-м проект занял третье место в списке журнала Empire "100 лучших фильмов мирового кинематографа". Не счесть цитат, заимствований, пародий на него от режиссёров всех поколений, включая нынешнее. Разумеется, "Броненосец" входит в обязательную программу всех киношкол мира.

Между прочим, именно это кино подтолкнуло великого Френсиса Форда Копполу к занятиям режиссурой: "Это был чёрно-белый немой фильм, но иногда казалось, что с экрана слышны винтовочные залпы. Я понял в тот день, чем буду заниматься".

Не забудем и о пропагандистском эффекте.

 

Фильм имел колоссальный успех за рубежом сразу же после выхода. Во многих странах его запрещали или пытались запретить (например, в Великобритании "Потёмкин" был запрещен в течение 30 лет! Такая вот свобода слова). Ничего, рабочие смотрели фильм на подпольных сходках — что, конечно, только добавляло ему значительности.

Было за что карать фильм: один из злейших врагов СССР признавался: "Тот, кто нетвёрд в своих убеждениях, после его просмотра, пожалуй, даже мог бы стать большевиком".

Есть свидетельства о том, как прошла берлинская премьера: "Когда мятежные матросы смогли уплыть на своем корабле непобеждёнными, публика впала в оргию одобрения, выражавшуюся в восторженных криках, рёве и аплодисментах. Ни у одного полицейского в мире тут не было бы никаких шансов. Их разорвали бы на куски".

"Выйдя после просмотра на улицу, мы готовы были возводить баррикады. В итоге даже вмешалась полиция", — рассказывал режиссёр Луис Бунюэль.

А в 1933 году восстали моряки на голландском броненосце De Zeven Provinciën. Бунтовщики признались, что вдохновлялись фильмом Эйзенштейна…

Так в чем же сила именно пропагандистского воздействия великого фильма?

Сам Сергей Михайлович говорил о своем детище так: "Успех фильма в Берлине и во всей послевоенной Европе должен был прозвучать призывом к существованию, достойному человечества. Разве такой пафос не оправдан? Надо поднять голову и учиться чувствовать себя людьми, нужно быть человеком, стать человеком — ни большего и ни меньшего требует направленность этого фильма".

Вот чего не хватает сегодня кинематографу — что отечественному, что западному: понятного, важного для каждого послания. Но именно такая идеология могла бы сделать какой-нибудь новый фильм настоящей "мягкой силой", актуальной для всех.