Художественный руководитель МХАТ имени М. Горького Эдуард Бояков, как обычно, обратился к зрителям перед началом спектакля.
Он отметил, что состоявшаяся в этот день премьера ждала своего часа очень долгое время и, безусловно, потребовала огромного труда, ведь выбранный в качестве основы для постановки материал совсем не так прост, как может показаться. Особенно сложным оказался вопрос: как рассказать о жизни святых языком театра и, кроме того, показать её на сцене?
Однако, как заметил Бояков, после таких постановок, как "Царский венец" и "Лавр", поиск русского культурного кода и русского героя стал для МХАТа "своей" темой и даже самой настоящей миссией. Как и поиск ответа на вопрос "Каким должен быть современный человек и что его связывает с русским Средневековьем?". Ведь без подобных вопросов и ответов на них "нация просто не выживет".
В основе премьерной постановки лежит повесть, написанная в далёком XVI веке монахом Ермолаем-Еразмом и уже тогда полюбившаяся народу, который даже спустя столетия продолжал передавать удивительную историю из уст в уста. Яркое, необычное, во многом загадочное - произведение нередко связывают с первым появлением жанра любовного романа в древнерусской литературе. При этом ключевой идеей в нём служит не просто любовь, но спасительная праведность и просветление, к которым человек приходит её путями. "Повесть о Петре и Февронии", пожалуй, можно назвать настоящим феноменом в области христианской литературы. Полная удивительных, неоднозначных образов и скрытых сакральных смыслов, она в какой-то мере стирает перед читателем абсолютно любой эпохи границы между легендой и былью.
Повесть необычна и тем, что история вечной, крепчайшей любви в ней начинается… С полного отсутствия оной. Так, в начале своего пути Петр вступает в борьбу с ужасным змием, олицетворяющим собою человеческие грехи. Однако даже победа над чудищем не освобождает от них героя, и тело его покрывается струпьями. Исцеление оказывается под силу лишь юной дочери древолазца-бортника – Февронии. Та спасает князя при помощи хлебной закваски, символизирующей "хлеб жизни" (эта деталь, надо заметить, позволяет провести интересную параллель с таинством Причащения).
А то, что в качестве "платы" за исцеление Феврония требует от князя взять её в жёны, становится для того лишь ещё одной частью пути к спасению, а вовсе не обманом и принуждением, как склонны считать многие. Ведь придя к полному смирению и женившись на бедной дочери простолюдина, Петр преодолевает грех гордыни – один из смертных грехов, отравлявший его душу многие годы. Смягчившись же сердцем и выполнив обещание, князь открывает для себя путь к святости и той самой вечной, чистейшей любви. Любви настолько сильной, что даже после смерти (которую, кстати, возлюбленные встретили в один день) никто не смог разлучить Петра и Февронию.
Едва ли для кого-то могло стать сюрпризом то, что взялся за постановку такого значимого для древнерусской литературы произведения не кто иной, как Сергей Глазков. Режиссёр, приложивший руку к созданию полюбившихся зрителю спектаклей "Лавр" и "Неукротимый роман", безусловно, оправдал все ожидания. Со сцены МХАТ вновь прозвучали многие общечеловеческие истины и чаяния живой, ищущей, надеющейся души. Истины, которые всегда существуют и остаются востребованными вне времени.
Не даром Сергей Глазков отмечал, что история "Петра и Февронии" не только православная, но и очень жизненная. Этим, очевидно, обусловлено в постановке такое интересное и при том совершенно уместное, гармоничное совмещение древнеславянской эстетики с эстетикой современной. Например, стилизация костюмов: в одной сцене запросто могут взаимодействовать герои, одетые как исторически достоверно, так и привычным для нашей повседневности образом. Или музыкальное оформление постановки, в которой, по воле режиссёра, современная музыка уживается бок о бок с древней русской.
Таким образом, по словам Глазкова, спектакль будет понятен и взрослым, и (в первую очередь) детям, поскольку он создавался "абсолютно семейным". Не всё в нём серьёзно и поучительно – нашлось место и "шутливому взгляду на события". Зритель сможет как улыбнуться, так и задуматься, посмотрев на ближнего или вспомнив о тех, кого любит.
Точная, выверенная драматургическая форма постановки – заслуга Елены Исаевой, которая переработала древний памятник агиографической литературы с бережностью и недюжинным мастерством. Это чувствуется в каждой сцене спектакля, который буквально пропитан историчностью и православной культурой. Исторический контекст подчёркивается и посредством музыки: фольклорный ансамбль "Кладец" под руководством Дмитрия Фокина, участвующий в постановке наравне с артистами, вне всяких похвал подчёркивает в песнях преемственность русской народной традиции.
Неоценимый вклад в постановку, безусловно, был внесён и остальной частью творческой группы.
В качестве помощницы режиссёра над премьерным спектаклем (как, стоит отметить, и над многими другими спектаклями МХАТ) так же работала Вера Костычева. Продюсером стал Кирилл Мосунов. Художником-постановщиком выступил Александр Цветной – знакомые с "Лавром" зрители, возможно, и здесь заметят его "почерк". Костюмы же стали заслугой Николая Орлова.
Отдельного внимания, пожалуй, заслуживает как актёрский состав, так и относительно небольшой список действующих лиц спектакля. Главные роли исполнили Семен Шевелин (Петр) и Эльвира Цымбал (Феврония).
Остальным актёрам досталось аж по несколько ролей. Так рассказчика, Павла, бояр и вельмож сыграл Михаил Кабанов. Роль жены и женщины исполнила Елена Коробейникова. А больше всего перевоплощений выпало на долю Романа Титова, который, помимо бояр и вельмож, сумел показать себя также в ролях Отрока, змея и слуги.
Это, безусловно, далеко не всё, что можно сказать о спектакле "Петр и Феврония". Его премьера была долгожданным событием как для МХАТ имени М. Горького, так и для культурной жизни столицы в целом. А все ожидания, судя по впечатлениям первых зрителей, оправданы были сполна.
