Мнения современников об этом произведении были диаметрально противоположны. Одни упрекали автора за разорванность повествования, за увлеченность мелкими бытовыми деталями и непрописанность образов. Другие, напротив, видели в “Очарованном страннике” сходство со старинными русскими былинами, восхищались глубиной проникновения в жизнь. Вот эта житейская механика – кто я, что могу и что мне не по силам – и является движущей силой спектакля.
– Каждый человек рано или поздно задается вопросом, для чего он на земле живет, – раскрывает режиссер свой замысел, – и начинает пересматривать свою жизнь, в поисках ответа на самый главный вопрос бытия. Нам хотелось, чтобы путешествие по жизни Ивана Флягина стало для зрителя странствием и по собственной судьбе.
Флягин - Игорь Карташев. Фото: Валерий Мясников Переводя литературный текст в драматургический – режиссер выступила и как автор инсценировки – Наталья Ковалева более всего дорожила вкусным, плотным и совершенно живым при всей своей “старинности” лесковским языком. По ее глубокому убеждению, одно из высших призваний театра сегодня – сохранять и открывать следующим поколениям красоту исконной русской речи. И можно только удивляться, как созвучна ее плавному потоку музыка, написанная Фаустасом Латенасом.
–
Этот спектакль очень важен и нужен, – уверен композитор. –
Нужен именно сегодня, когда в мире все так тревожно и неопределенно, потому что он говорит о родине. И говорит так, что это трогает каждого человека, независимо от того, где он родился. Вам он говорит о России, мне – о Литве и поднимает из глубины души очень дорогое и очень хрупкое чувство...
Флягин - Игорь Карташев. Фото: Валерий Мясников
Спектакль играют в меньшем из двух залов Симоновской сцены – так называемом Амфитеатре, где всего 106 мест. Площадка очень затейливая и по конфигурации, и по акустике, кирпичную ее изнаночность обживать непросто, но для бесприютного странника такое пространство в самый раз. Главному художнику театра Максиму Обрезкову (он же автор костюмов, на удивление соразмерных лесковским персонажам) и художнику по свету Александру Матвееву удалось обернуть высокой поэзией саму повседневность и беспростветность русской жизни. И зрителей сделать не наблюдателями, а соучастниками разворачивающейся перед ними чужой жизни.
Впрочем, жизнь Ивана Северьяновича Флягина нам действительно не чужая. Игорь Карташев умещает в характер своего героя и широту души, и силу, и ранимость так, что все его страдания-метания становятся не просто понятны, но – близки и трогательны. Точность актерского попадание в образ: флягу ведь чем угодно можно наполнить – и водой родниковой, и хмельным вином, и ядом.
Груша - Ольга Боровская, Князь - Владимир Логвинов. Фото: Валерий Мясников Многозначен и Князь Владимира Логвинова. Это на поверхности у него все просто: “Да оставь ты в покое мою совесть! Не до нее сейчас!”, в глубине все гораздо сложнее. Сложный дуэт-противоборство играют Ольга Боровская (Груша) и Полина Кузьминская (Евгенья Семеновна), с предельной искренностью воплощающие два извечных женских архетипа: страсть, ломающую жизни, и мудрость, дающую силы жить. Искусство мгновенных перевоплощений всегда было фирменным стилем вахтанговцев. Довольно многолюдный спектакль (в повести Лескова масса второ- и третьестепенных персонажей) живет и дышит благодаря всего нескольким артистам, работающим с филигранной точностью.
Монах - Олег Лопухов. Фото: Валерий Мясников А своеобразным камертоном спектакля становится Монах Олега Лопухова. Ему, пожалуй, самый трудный жребий выпал – донести, не расплескав, главную лесковскую заповедь – кто чем одарен, тот то и делать должен. Вот уже лет тридцать нам из каждого утюга внушают, что главная ценность этого мира – свобода и человек только тогда человек, когда действует по принципу – что хочу, то и ворочу. Что из этого получается – видно невооруженным глазом из каждого окна и в каждом телеприемнике. Лесков же возвращает нас к старому как мир правилу, которым испокон веков предки наши руководствовались – не так живи, как хочется, а так живи, как долг велит.
Улан - Юрий Поляк, Дама - Полина Кузьминская. Фото: Валерий Мясников 