Премьера для нового поколения любителей оперы
21 ноября 2019
Игры (в) Достоевского
21 ноября 2019
Это фантастика: писатели-фантасты в Рязани заявили о себе…
20 ноября 2019
"Чертова кукла" Зинаида Гиппиус
20 ноября 2019

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

28 ноября 2018 10:23

Любовь сорадуется истине

В Рязанском театре драмы завершился 3-й международный фестиваль спектаклей о любви "Свидания на Театральной".

Сцена из спектакля "Черная бурка". Все фото предоставлены Рязанским театром драмы.
Сцена из спектакля "Черная бурка". Все фото предоставлены Рязанским театром драмы.

Неделя была насыщена перевоплощениями и впечатлениями.

Жюри подвело итоги  фестиваля. Специалисты наблюдали за ходом действа из зрительного зала, но их компетентное мнение все равно сформулировано "изнутри" театра. Зрительское мнение - "извне".

Бросились в глаза две особенности фестиваля: концептуальная и техническая.

На идейном уровне главное то, что фестиваль, заявленный как смотр спектаклей о любви, гораздо шире этой темы. Понятие любви "коварно" тем, что многомерно. Можно сделать спектакль практически на любую тему – и "попасть". Как говорил апостол Павел: "Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине". Истиной становится художественное слово. Всякий, говорящий свое слово в искусстве, уверен в его правоте. Но всегда ли эту правоту чувствуют и принимают зрители?..

Мне показалось, что определение "спектаклей о любви" сужало смыслы фестивальных постановок.

Спектакль "Хлеб, история любви во время войны" Театра Луизы Гуарро из Неаполя, самый дальний гость фестиваля, относится к началу Арабо-израильской войны 1947—1949 годов (противостояния между еврейским населением Палестины и арабскими военными формированиями). Многолетняя военная кампания закончилась массовым исходом арабов из занятых евреями территорий. О сути этого конфликта до сих пор у обеих сторон несовместимые мнения: евреи его зовут Войной за независимость, арабы – Катастрофой. Пьеса поставлена по рассказу одного из палестинских авторов, переживших оккупацию, то есть полна фактографического материала. Луизе Гуарро мысль инсценировать "Хлеб" подал актер ее театра – беженец из Палестины Омар Сулейман, общественный активист, живущий в Италии более 30 лет и популяризующий палестинскую культуру.

Сцена из спектакля "Хлеб"

Сюжет строится вокруг первого чувства юноши Рамзи и девушки Суад, разделенных войной: он солдат на посту (был учителем в школе, но сейчас не до мирных дел), она медсестра в госпитале. Они встречаются по ночам. Однажды им удается выехать на море, где они проводят незабываемую ночь. Сцена с морем – пронзительный хореографический этюд с участием огромного полотнища, сначала голубого, а потом ярко-красного. Это режиссерская находка Луизы Гуарро, в литературном первоисточнике моря не было. Режиссер хотела показать, что в войну так же невозможно любить, как и видеть море. Потом девушка (Марилия Марчиелло) гибнет, решив навестить родню на оккупированной территории. А у юноши (Мауро Раманати) остается хлеб, который она когда-то ему принесла. Он долго не решается вкусить его – ведь это уже не продукт, а священная, политая кровью реликвия. Второй солдат, старше и опытнее (Омар Сулейман), уговаривает влюбленного – и тот решается на трапезу. В этом пункте тоже проявилась режиссерская вольность: в рассказе Рамзи ест хлеб как тело Бога. Гуарро отказалась от религиозных мотивов: юноша съел хлеб во имя теплых сердечных воспоминаний и потому, что его любимая не хотела бы, чтобы он умер от голода.

Сцена на море из спектакля "Хлеб"

Эта лирическая история – острое политическое высказывание. Об этом прямо говорила сценарист и режиссер Луиза Гуарро: "Западный колониальный мир ест окровавленный хлеб каждый день. И мы можем есть этот хлеб, только потому, что мы должны помнить. Это политический долг". Для артистов, играющих роли, их сценические высказывания – не только трагедия несостоявшейся любви, но и упрек человеческому миру в его жестокости, бессмысленности политических боен.  

Парадоксально со взятой в "Хлебе…" темой людской жестокости перекликается другой спектакль из зарубежной "линейки" фестиваля: "Черная бурка" Актюбинского областного театра драмы им. Т. Ахтанова (Казахстан), поставленный русской труппой театра. Эта притча воплощена в формате пасторали, но не мирной. "Любовь" домашнего пса, преданного хозяину, и дикой волчицы – лишь одна из сюжетных линий спектакля, отнюдь не главная. Основа притчи – любовь пса Тузара (Данияр Базаркулов) к своему хозяину (Владимир Венгер). Сторожа хозяйскую отару овец, пес считает, что выполняет священный долг. Даже когда голодные волки, чтобы украсть овцу, соблазняют его красивой волчицей Чоброй (Руфина Ибрагимова-Кылосова), Тузар все равно не решается оставить человека. Но вот хозяин оставляет его в горах, уйдя вместе с отарой домой. А пёс…всю зиму сторожит потерянную хозяином черную бурку. По весне отара возвращается на пастбище. Бараны, которых Тузар отважно сторожил год назад, не узнают его, а хозяин пристреливает отощавшего пса – на что он теперь годен?..

Сцена из спектакля "Черная бурка"

"Четвероногие" персонажи пьесы пылко убеждают Тузара, что человек не стоит такой преданности: он уничтожает природу, не щадит зверей, бессмысленно убивает себе подобных, а главное, не ценит добра и любви. Как они правы, Тузар понимает слишком поздно. Я бы сказала, что это спектакль об экологии души.

 
Сцена из спектакля "Черная бурка": мудрый Ворон увещевает преданного (в обоих смыслах) Тузара

Шире "лав стори" по мотивации и третий зарубежный гость фестиваля – "Дикая охота короля Стаха" Заслуженного коллектива Республики Беларусь "Белорусский государственный академический ТЮЗ". Многие помнят роман белорусского советского писателя Владимира Короткевича "Дикая охота короля Стаха" и фильм на его основе 1979 года. Это белорусская "Собака Баскервилей": старинное зловещее предание, загадочные смерти членов семьи, на которой лежит проклятие, человек со стороны, распутывающий хитроумное преступление, где под мистическим флером скрыта корысть и острый технологический ум. Даже дело происходит в непролазных болотах. Филолог Андрей Белорецкий (Александр Гладкий) решает разгадать загадку Болотных Ялин из внезапно вспыхнувшего чувства к их обреченной молодой хозяйке Надее Яновской (Екатерина Крылова). Но, как во всяком детективе, тут еще замешан мотив торжества добра над злом, а разума – над мракобесием. Пьеса следом за романом обращается к истории белорусского народа, выступает духовным мостом между поколениями.

Сцена из спектакля "Дикая охота короля Стаха"

Не совсем о любви и спектакль Псковского академического театра драмы им. А.С. Пушкина "Каштанка", превративший хрестоматийный чеховский рассказ в "рок-историю в одном действии" (постановка Юлии Пересильд, подарок известной актрисы родному городу).

"Каштанка" – любопытный, но "хромающий" на уровне идеи эксперимент. Как и "Черная бурка", спектакль превращает зверей в людей, но менее органично. На сцене полностью воспроизводится текст Чехова (если не считать нескольких "рабочих" реплик). Все мы помним рассказ: клоун подобрал на улице потерянную собаку и почти было сделал ее артисткой, но она в цирке увидела старых хозяев и метнулась к ним. В пьесе продюсер встречает девчонку по прозвищу Каштанка (Ксения Тишкова), которая поет с друзьями в подворотнях, стало быть, мечтает о сцене, о высотах эстрады. И девочка убегает от продюсера сразу после успешной премьеры, потому что ее позвали старые приятели (в начале спектакля бросившие ее на улице без зазрения совести)?! А она срывается к ним?!.. Что там восклицал Станиславский?..

Финал спектакля "Каштанка"

В рассказе возвращение цирковой собаки Тётки к домашней Каштанке объяснялось неистребимым инстинктом собачьей преданности. Чехов точно описывал, как в своей памяти Тётка ощущала уют дома мастерской столяра Луки и вкусный запах стружки. В сценографии спектакля Каштанка до встречи с Жоржем находится исключительно на улице! А ведь важно, куда она уходит со сцены. Наверное, режиссер хотела показать метания одаренной натуры между любовью к творчеству и любовью к близким и победу человеческих чувств. Но в таком прочтении демонстрируется лишь любовь Каштанки к маргинальному образу жизни… И очень натужно слушается чеховский текст в подчеркнуто новаторском молодежном субкультурном оформлении. Это две разные истории, разделенные более чем сотней лет, которые не удалось совместить ни режиссеру, ни артистам, хотя они очень старались и играли с удовольствием и увлеченностью.

Сцена из спектакля "Каштанка"

В трехсотлетнем спектакле "Мнимый больной" мольеровскую архаику удалось осовременить органично, не изменив в литературной основе ни слова. Спектакль поставлен в эстетике "комедии масок". Под ее персонажей загримированы и главные герои, и кордебалет, усиливающий впечатление балагана.

Сцена из спектакля "Мнимый больной"

Гаерская эстетика позволяет все: Томе Диафуаросу (Дамир Кротов) читать длинное пафосное приветствие невесте Анжелике (Софья Венедиктова) в ритме рэпа, влюбленным Анжелике и Клеанту (Антон Болдырев) исполнять хит из "Шербурских зонтиков", а младшей дочери Аргана Луизон (Ольга Лукьянова) цитировать папе "Ворону и Лисицу". Но и этот спектакль получился не только и не столько о любви! "Мнимый больной" - это весьма актуальный сатирический залп по нынешней медицине, вытягивающей деньги из легковерных больных. В гневном монологе господин Пургон (герои не раз называют его Пургеном) несколько раз допустил в адрес своей профессии оговорку по Фрейду "рвачи". Но никто не обиделся – недаром этот спектакль стал победителем фестиваля.

Сцена из спектакля "Мнимый больной"

Пермский "Продавец дождя" – американская версия русской классической пьесы "На дне". В американскую глубинку на бедное ранчо, которому в долгую засуху грозит полное разорение, прибывает странный тип Джон Старбак (Александр Смирнов), называющий себя продавцом дождя. Всего за 46 долларов он предлагает отцу семейства Карри хороший дождь. А после сколь эпатажной, столь и бесполезной процедуры по вызову ливня остается на ночлег – по принципу "дайте воды попить, а то так есть хочется, аж переночевать негде". За одну ночевку в доме Старбак открывает всем его обитателям глаза на то, каковы они сами, а не их маски. Решает личные проблемы дочери Лиззи (Татьяна Гладнева), старой девы, и младшего сына Джима (Степан Сопко), робкого в обращении с любимой девушкой. И даже старшего, лишенного сантиментов Ноя (Яков Рудаков) несколько смягчает.

Сцена из спектакля "Продавец дождя"

Старбак оказывается аферистом, которого разыскивает полиция нескольких штатов. Но сам он не считает себя виновным. Его жизненный принцип – напоминать слабым, что они сильные. И когда он приносит эту жизненную мудрость небогатой семье, ее жизнь круто меняется. Странник Лука у Горького ушел и унес свои сладкие сказки, и после его ухода тьма лишь сгустилась. Старбак же оставил семейству Карри веру в себя, которая их не покинет, а Лиззи – кавалера, помощника шерифа (Иван Донец), который до того все не мог понять, как относится к девушке.


Сцена из спектакля "Продавец дождя"

Технической яркой тенденцией фестиваля были эксперименты со сценографией – "маркер" современного театра. Все декорации в спектаклях были трансформерами. Дом семьи Карри в "Продавце дождя" был оснащен подъемной стеной, разное положение которой делало ранчо полицейским участком или чердаком, где Старбак уверил Лиззи, что она достойна любви. Во "Мнимом больном" все герои, точно шахматные фигуры, перемещались по гигантской доске с черно-белыми клетками, словно бы "установленной" на сцене – еще одна метафора подмостков балагана. В "Каштанке" одной из декораций была катушка для проводов, в сердцевину которой умещались три артиста.


Декорация к спектаклю "Каштанка"

В "Черной бурке" странно смотрелся в логове волков корпус старой белой "Нивы", исписанный граффити (он был бы более на месте в "Каштанке"). Сценография "Хлеба" аскетична: мешки на переднем плане - окоп, темная сцена, вспышки софитов точно огни прожекторов, выхватывающие то фигуры, то вещи – стул, велосипед, знамя-море. Здесь интереснейшая игра со светом, первый приз фестиваля.  

Игра света в спектакле "Хлеб"

Похвально сценическое решение "Дикой охоты короля Стаха": гигантская наклонная деревянная плоскость со свободно ходящими вокруг оси досками. Они по мере развития действия служат и дверями, и шкафами, и столами, и ложем, и даже топью, по которой скачут призрачные лошади. Масштабное историческое полотно сценографы свели к одной многофункциональной детали сцены, а выразительная музыка (первый приз фестиваля) довершила впечатление.


Главная декорация "Дикой охоты короля Стаха"

Самым традиционным было сценическое оформление постановки театра "Школа современной пьесы" по исторической драме Александра Углова Лондонский треугольник". Гостиная, портьеры, рояль, диван, кресла, конторка – все по моде XIX века. Это делало спектакль самым классическим, восходящим к золотому наследию русской драмы, и придавало единство форме и содержанию. По этому параметру "Лондонский треугольник" был лучшим спектаклем фестиваля. Да и по актерскому исполнению: три актера виртуозно играли свое окружение – детей, прислугу, революционно-демократическую общественность.

В старинных интерьерах разыгрывалась история любви публицистов Герцена (Вадим Колганов) и Огарева (Александр Галибин) к одной женщине – Натали Тучковой (Джульетта Геринг). Но за любовным треугольником стоял целый ряд смыслов. Первый – пересмотр хрестоматийной легенды о двух отроках на Воробьевых горах. Советским школьникам не говорили, что в зрелом возрасте Огарев был нищим алкоголиком, а Герцен - довольно состоятельным человеком, ибо был прижимист и расчетлив. Журнал "Колокол" был для него не только публицистической площадкой, но и бизнесом, дающим возможность содержать большую семью (включая любовницу и ее детей) и нищего друга. И уж конечно, в тайне в советскую пору держалось то, что в Лондоне оба жили с одной женщиной – молодой женой Огарева. Она быстро стала гражданской супругой Герцена, родила ему трех детей… и записала их на фамилию Огарева по настоянию обоих мужчин, боявшихся скандала.


Сцена из спектакля "Лондонский треугольник"

Спектакль об исторической правде – и одновременно о лжи, ибо оба "буревестника" лгут и хитрят, оказавшись в пикантной ситуации. Спектакль о странностях любви: собственничестве (им особенно страдает Натали, то отгоняющая от Герцена всех близких, включая его детей от первого брака, а то ревнующая Огарева к проститутке, с которой он сошелся), практичности (уделе Герцена и в личной жизни), тяге к причинению близким боли. Оттого очень нервный, особенно по женской линии. В истеричном поле, которое создавала вокруг себя Натали, Огарев выглядел наиболее спокойным и надежным. Но увы, эти трое так друг друга и не поняли до конца дней. Герцен умер одиноким в Париже, Огарев – в лондонском предместье, где за ним до последних дней ходила выкупленная из борделя проститутка. Натали досталась самая страшная участь – пережить всех своих детей. Младшие умерли от дифтерии, старшая отравилась назло матери. Уже в ХХ веке она написала мемуары, которыми пользовался Углов, создавая эту пьесу. Здесь любовь сорадовалась истине. Но истина вышла горькой…

Александр Галибин в спектакле "Лондонский треугольник"

Как прозвучало на закрытии фестиваля, Рязанский театр с нетерпением ждет следующего, уже четвертого "Свидания на Театральной", и значит, впереди новые грани любви.
Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ О ТЕАТРАХ

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

Премьера для нового поколения любителей оперы
Игры (в) Достоевского
Это фантастика: писатели-фантасты в Рязани заявили о себе…

В Москве

Станет ли российский детский кинематограф "Страной хороших деточек"?
Свет Малера в московском ноябре
IV Фестиваль "Видеть музыку" закрыт
Новости театра
ВСЕ НОВОСТИ ТЕАТРА
Вы добавили спецпроект в Избранное! Просмотреть все избранные спецпроекты можно в Личном кабинете. Закрыть