На REALIST WEB FEST победила "Дочь Коммуниста"
2 августа 2021
Минздрав разрешил лечение за счет пациентов. Это зло или благо?
2 августа 2021
Начал работу проект Союза писателей Москвы “От сердца к сердцу, от разума к разуму” для молодых писателей
2 августа 2021
Русский ПЕН-центр принимает работы на соискание Международной молодежной премии "Восхождение"
2 августа 2021

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

Тень автора. Система Джерома Сэлинджера

Не только о романе "Над пропастью во ржи"

Фото: www.zoryacom.blogspot.com
Фото: www.zoryacom.blogspot.com

Мир прозы Джерома Сэлинджера своеобразен. Пространство, очерченное автором для читателя довольно объемно, подмечена зачастую каждая деталь, но в то же время пространство это нарочито лишено претензии автора на участие его в происходящем. Сэлинджеру нравится быть художником, фотографом, он хочет запечатлеть происходящее, но лишить его какой бы то ни было психологической подоплеки. Герои и образы Сэлинджера живут как бы сами по себе, а автор остаётся вне игры.

Эмоциональность своих героев Сэлинджер выражает в походке героя, в каких-либо движениях рук, в мимике. Писатель максимально дистанцируется от проявлений вовлеченности во внутренний мир героев. Если говорить о художественных особенностях прозы Сэлинджера, то обязательно стоит отметить детали, лишенные смысла, объекты или явления, не привязанные к общему замыслу. У Сэлинджера нет "чеховского ружья", предметы живут своей жизнью и если и являются частью общего замысла в плане содержания, то лишь как объекты способные воплотить в себе некое сужение общей панорамы, воплощенной в художественном тексте.

 

Сэлинджер сознательно избегает и определенности в отношении своих героев. Их прошлое, настоящее, внешность – все это дается читателю скупо. В его мозаике читателю отведена роль соучастника происходящего, многое приходится достраивать самому. Герои уклоняются от определенности и нередко замалчивают (в диалогах) самое важное. Сэлинджер как будто играет с читателем, то приподнимая занавес, то вновь опуская его. Примером может служить телефонный разговор дочери с матерью из рассказа "Хорошо ловится рыбка-бананка", в котором идёт обсуждение жениха дочери, но информация, которую мы можем почерпнуть, довольно обрывочна и подается читателю ступенчато. Лишь через несколько страниц с начала диалога читатель способен понять о ком идет речь.

Фото: soproxi.it

Герои Сэлинджера уклоняются от определенности, "подмигивая" читателю они вовлекают его в свой мир, завуалированно лишенный авторского присутствия. Читатель и герой остаются наедине друг с другом, что втягивает читателя в некое подобие сотворчества с автором, заставляя его искать смысл прочитанного.Все творчество Джерома Сэлинджера в той или иной степени связано с детьми или подростками. Самое известное произведение американского писателя "Над пропастью во ржи" повествует о подростке Холдене Колфилде, болезненно воспринимающего свое вхождение в мир взрослых. Книга, ставшая в свое время манифестом нонконформизма, является гимном инфантилизма и болезненного восприятия окружающей действительности. В своих рассказах Сэлинджер зачастую выводит образ ребенка как человека противоположного, противостоящего и своим родителям, и другим взрослым. Ребенок у Сэлинджера сталкивается с агрессией и непониманием со стороны взрослых, пораженных жизненными обстоятельствами.

 Фото: rimerockfarm.com

В рассказе "Лапа-растяпа" автор выстроил некую параллель между матерью и маленькой дочкой, Элоизой и Рамоной соответственно. У Рамоны есть воображаемый друг Джимми Джиммирино, что очень сильно раздражает ее мать. Однако у Элоизы есть собственный "воображаемый друг" –  ее погибший во время войны жених Уолт. И если для маленькой Рамоны ее друг не более чем плод воображения, элемент игры, то для Элоизы Уолт – главная трагедия жизни, неосуществленная мечта. И когда взбешенная Элоиза перебрасывает дочь на середину кровати, в ту же минуту, под давлением воспоминаний, хватает со стола очки и повторяет: "Бедный мой, лапа-растяпа, бедный мой лапа-растяпа..." – слова Уолта. Суть параллели – играющий, ищущий, впечатлительный ребенок и взрослый человек с исковерканной судьбой, неосуществленными мечтами, срывающийся на ни в чем неповинном ребенке.
 

Другая ситуация явлена нам в рассказе "Хорошо ловится рыбка-бананка". Если в предыдущем обсуждаемом рассказе Сэлинджер как автор конструирует для читателя определенную модель, то в "Рыбке-бананке" все та же параллель "взрослый-ребенок" исходит от главного героя Симора Гласса. Симор – тоже человек с исковерканной жизнью (по всей видимости, войной) и разочарованный в людях. Единственным человеком, с которым он готов общаться – маленькая трехлетняя девочка Сибилла, называющая Симора "Семиглаз". Именно ей во время их совместного купания на надувном матрасе он и рассказывает придуманную им самим историю о рыбках-бананках. Общаясь с малышкой на равных, всерьез воспринимая ее слова и капризы, Симор в то же время абсолютно на пустом месте создает конфликтную ситуацию в лифте с молодой женщиной, упрекая ее в притворстве и лжи. Он, как человек прошедший через страшную войну, госпиталь, человек которого родители его супруги считают не вполне здоровым в психическом плане, разочарован даже не в жизни, а в окружающих его людях. Единственное, что способно пробудить в нем нежность, внимание – маленькое создание, ребенок, самостоятельно расхаживающий по пляжу. Всего за час-два до самоубийства Симор Гласс на полном серьезе беседует с девочкой, боится ее обидеть. Сибилла олицетворяет для Симора честность, отсутствие притворства, интерес к незаметным для взрослого глаза мелочам жизни, окружающим нас повсюду.

Фото:readersofindia.worldpress.com 


Совершенно другая история и тема в рассказе "Тедди", очень показательном для Сэлинджера, поскольку все самое важное он вкладывает в уста десятилетнего мальчика Тедди. В рассказе Тедди – очень самостоятельный мальчик, на глазах у которого ссорятся родители. Однако Тедди – ребёнок-бодхисаттва. Невозможно представить, чтоб взрослый человек предстал тем, кем предстает у Сэлинджера Тедди. Тедди же, по сути, пересказывает все постулаты Дзена, по крайней мере, важные с точки зрения автора. В данном произведении Сэлинджер, как писатель, вынужден вербализировать идеи Дзена, которые, не имеют свойства передаваться через общение, слово. Дзен – религия молчания, потому Сэлинджер, наряду с Керуаком в "Бродягах Дхармы", передает эти идеи, наступая на горло собственной песне.

Фото: slideserve.com

Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ РАЗДЕЛА "ЛИТЕРАТУРА"

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

На REALIST WEB FEST победила "Дочь Коммуниста"
Минздрав разрешил лечение за счет пациентов. Это зло или благо?
Начал работу проект Союза писателей Москвы “От сердца к сердцу, от разума к разуму” для молодых писателей

В Москве

Искусство движущихся картинок Федерико Феллини
Продолжение культового сериала "Секс в большом городе"
Бунтарь новой волны
Новости литературы ВСЕ НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ
Вы добавили в Избранное! Просмотреть все избранные можно в Личном кабинете. Закрыть