Шаг в анимацию
16 сентября 2019
Денис Кирис: "Бюджет на культуру нужно увеличивать вдвое"
16 сентября 2019
В поисках "Фантастики". На экраны выходит анимационная комедия для всей семьи "Братья Медведи. Тайна трех миров"
13 сентября 2019
Четвертый фестиваль музыкальных театров России "ВИДЕТЬ МУЗЫКУ" начинает работу
12 сентября 2019

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

Игорь Носов: "Детская литература без поучительности – все равно что рот беззубый!"

Игорь Петрович Носов – о дедушке Николае Николаевиче Носове, о времени и о себе.

Игорь Петрович Носов. Фото из личного архива
Игорь Петрович Носов. Фото из личного архива

23 ноября 2018 года исполнилось 110 лет со дня рождения одного из крупнейших советских писателей – Николая Носова. Миллионы читателей разных поколений знают его как детского писателя: "папу" Незнайки и его друзей, школьника Вити Малеева, мальчиков Котьки и Мишки и еще целого ряда нестареющих персонажей. Но в литературной биографии Николая Николаевича все было несколько сложнее.

О том, каким был Николай Носов в повседневной жизни, в быту и в творчестве рассказывает "Ревизору.ru" его внук Игорь Петрович Носов. Игорь Петрович знает своего дедушку лучше, чем кто бы то ни было. Он долгое время работал фотожурналистом, а потом пошел по дедушкиным стопам и написал "Новые приключения коротышек" – продолжение приключений Незнайки и его приятелей из Цветочного города. Кстати, никто другой не мог бы написать книгу с такими героями – все авторские права на творческое наследие Николая Николаевича принадлежат семье Носовых.

Николай Носов с внуком Игорем. Фото из семейного архива.

Игорь Петрович, Николай Николаевич посвятил Вам "Повесть о моём друге Игоре", которая вышла в свет, когда Вам было 10 лет. Сейчас эта повесть уже стала библиографической редкостью. Что лично Вы помните о детстве с дедушкой?

Я о своем детстве с дедушкой помню благодаря двум вещам: во-первых, тому, что дедушка писал обо мне, во-вторых, благодаря фотографиям, которые создавал мой отец Петр Николаевич, профессиональный фотокорреспондент, фотокорр ТАСС. Я с двух разных точек зрения смотрю на свое детство. "Литературное" напоминание - это "Повесть о моем друге Игоре". Изобразительное – фотографии, созданные отцом, не просто семейные сценки с участием ребенка, а кадры профессионала, который как бы делал репортаж о детях. Наверное, они "перебили" мои чисто человеческие воспоминания: я многие страницы детства воспринимаю фотографиями или страницами из дедовской повести.

Не может быть, чтобы Ваши собственные воспоминания не сохранились! Поделитесь яркими впечатлениями, эпизодами, уроками, которые Вам преподавал дедушка в прямом и переносном смысле.

Конечно, сохранились. Запомнилось, как дед учил меня играть в шахматы. До сих пор у меня есть та самая доска, на которой мы начинали с дедушкой играть в шахматы: советская коробка с фигурками. Мои дети тоже на ней учились играть в шахматы. Хорошо помню химические опыты с дедом и тетушкой. Родная сестра второй жены Николая Николаевича была химиком по образованию. Я с ней познал химию далеко за пределами того, что изучают в школе. А Николай Николаевич увлекался химией с детства. Он всегда участвовал в наших с тетушкой химических опытах. Мы очень любили выращивать кристаллы. Нам удавались кристаллы медного купороса. Однажды мы с тетушкой и дедушкой вырастили кристаллы медного купороса размером с кулак крепкого мужчины. Это много времени заняло – ведь кристалл растет месяцами, а за ним нужно следить, фильтровать концентрированный раствор медного купороса, счищать наросты. Николай Николаевич во всех этих действиях участвовал, находил на них время!..

Помню, как мы с ним запускали космические ракеты: совсем как настоящие, только в миниатюре. Использовали принцип реактивного движения. Деду это было интересно, он всегда изучал космос. Когда писал "Незнайку на Луне", изучал Циолковского, читал Жуковского, теорию межпланетных путешествий. И когда я подрос, когда мне стало лет 10, мы с дедом запускали ракеты, которые делали из опасной горючей пленки. Кинопленка сгорала очень быстро. Пленку мы скатывали в тоненькую трубочку, жестко обертывали фольгой, потом затягивали ниткой, чтобы фольгу не разрывало, и делали на конце сопло. Ракету мы ставили на специальную подставку прямо на балконе дома, поджигали пленку, кончик которой специально выставляли из сопла, и ракета с настоящим шипением и космическим ревом, со шлейфом дыма улетала на несколько метров вперед, немного вверх и далеко от нас. Это было ужасно интересно и очень красиво. Может показаться, что рискованно, но у нас перед домом был сад, там не было ни машин, ни людей, и мы могли прямо с третьего этажа запускать ракеты.

Вы помните столько совместных умных забав – значит, в детстве вы жили вместе с дедом?

Несколько лет, пока был маленький, жил вместе с дедом. А когда мне было лет около шести, дедушка переехал: купил небольшую кооперативную квартиру. В той квартире у него книжки лежали везде – и на столах, и под столами, и на кровати. С балкона этой 44-метровой квартиры и взлетали ракеты.

Одна из совместных умных забав деда и внука Носовых. Фото из семейного архива.

Известно, что Николай Николаевич был женат дважды, то есть его вторая супруга не была Вам родной бабушкой…

Да, первая жена Николая Николаевича умерла, когда моему отцу было 16 лет. Со своей второй женой Татьяной Федоровной он прожил почти всю жизнь и очень ее любил. Я ее звал бабушкой, ибо другой бабушки не знал. Но Татьяна Федоровна была мне настоящей бабушкой, я никогда не задумывался, что она не родная мама моего отца. А ее сестра тетя Тамара была для меня прекрасной тетушкой. Так как я был один в семье, меня все очень любили.

Можно только позавидовать такому замечательному детству. А какими принципами руководствовался Николай Николаевич в воспитании сына и внука?

Что касается воспитания моего отца, мне трудно судить. Может быть, когда Николай Николаевич, относительно молодой отец, воспитывал моего папу, ему не так легко было найти оптимальные принципы. Когда дед растил отца, шла война, в 16 лет у мальчика умерла мать, были тяжелые условия жизни. Тем не менее, мой отец, воспитанный Николаем Николаевичем, меня воспитывал через убеждения. Не помню, чтобы он мне когда-либо грозил ремнем, тем более – применял его. Но при этом отец всегда говорил, что человека надо воспитывать и добротой, и жесткостью. Как дрессировать животное. Ребенка нужно любить, но и он должен понимать, что обязан выполнять все, чего от него требуют, иначе его накажут. Если бы нас не воспитывали страхом наказания, то мы бы делали много того, что нельзя. Ты должен знать, когда поступаешь нехорошо, нечестно.

Каким было дедушкино воспитание для вас?

Я его главный принцип давно для себя сформулировал. К моменту, когда я появился на свет, Николай Николаевич создал уже большую часть своих произведений. Жизненный путь, который он прошел до моего рождения, литературный опыт, который он освоил, многому его научили. У него появилась концепция, как воспитывать детей. В ее основе лежала мысль о том, что ребенка нужно постоянно учить! Не жалея, учить всему, но найти такую форму общения, чтобы для ребенка это было не нудно, а интересно. С ребенком надо начать играть, найти с ним общий язык, прежде чем его воспитывать. Я от деда, наверное, перенял эту мысль о воспитании детей. С Николаем Николаевичем никогда не случалось, чтобы он мне обещал "дать ремня". Он был настолько разумным и веселым человеком, что находил формы общения с ребенком очень мирные и интересные. Он со мной всегда играл. В игре устанавливался доверительный контакт: я воспринимал этого взрослого не как человека, который имеет право кричать и что-то от тебя требовать, но как того, кого люблю, уважаю и прислушиваюсь к его просьбам и советам.

Николай Носов. Фото из семейного архива.

Понимали ли Вы мальчиком, что Ваш дедушка – писатель? Как на это реагировали?

Понимал, конечно, даже когда был совсем маленьким. Но у меня никогда не было к этому факту благоговейного отношения, и я никогда этим не хвастался перед сверстниками и тем более взрослыми. Для меня его писательство было просто деятельностью дедушки. Любой взрослый занимается своим делом, вот и мой дедушка пишет что-то в блокнотах, записных книжках, читает книги, строки в них подчеркивает и печатает на машинке.

Профессия писатель не распространенная, но Вас она не впечатляла, наверное, потому, что была нормой Вашего бытия. Носов повлиял на то, что Вы тоже стали писателем?

Правильно сказали, дедушкино писательство было для меня обычным явлением с моего появления на свет. Я видел и отца, который занимается фотографией, и фотожурналистика была нормой, которую я воспринимал как возможную форму собственной жизни. В итоге я потом много занимался и фотожурналистикой, и литературой. Норма поведения твоих любимых людей становится нормой для тебя. Цеховое воспитание. Сыновья виноделов учатся делать вино, дети башмачников – тачать башмаки. А чему учатся дети в семьях писателей и журналистов? Писательству и журналистике. Я бывал при разговорах деда, отца и бабушки о литературе, о кинематографии, о живописи. Я был в кругу этих тем, развивал понимание и вкус. Я присутствовал при встречах деда с журналистами, писателями, в том числе иностранными - японскими, иранскими, португальскими. Хоть и не часто, но порой меня усаживали в комнате, где дед через переводчика общался с гостями, делались записи на большие магнитофоны. Я далеко не все понимал, о чем они говорят, но впитывал эту атмосферу.

Значит, фотографией Вы тоже прониклись внутри семьи?  

Да, я занимался с отцом. Он позволял мне бывать у него в лаборатории, брал меня с собой на задания, когда делал очерки и репортажи. Петр Николаевич в начале 1960 годов стал фотокорреспондентом ТАСС и работал в этой должности до пенсионного возраста и после. В фотографии он был столь же талантлив, сколь Николай Николаевич в литературе. К 110-летию Николая Носова открылась выставка в литературном музее. Мы сейчас обсуждаем возможность организации выставки фоторабот моего отца. Концепция: талант Носова-старшего в литературе и талант Носова-младшего в фотографии равнозначны. И тот, и другой очень своеобразны в "своих" видах искусства, где занимали лидирующие позиции.

Николая Николаевича все российские дети знают как писателя. А что вы можете сказать о нем как о кинематографисте?

Он кинематографист по образованию. В начале профессиональной деятельности снимал учебные фильмы. Во время Великой Отечественной войны создавал учебные фильмы для Красной армии, для механиков, танкистов, других военных специальностей. После войны еще продолжал снимать учебно-документальные фильмы.

Как же произошло превращение кинематографиста в писателя?

Николай Носов оставил работу на киностудии лишь в начале 1950 годов, когда получил Сталинскую премию за "Витю Малеева". До этого он все время работал: ходил на службу и писал. Писать он начал в 1937-1938 годах. Первая публикация у него состоялась в 1938 году в журнале "Мурзилка". Спустя 10 лет, в 1948 году, он все еще работал на киностудии, а писал в свободное время. И только по прошествии еще 3-4 лет, когда он написал "Дневник Коли Синицына", "Веселую семейку", "Витю Малеева" и еще несколько известных рассказов, он осознал себя профессиональным писателем и ушел из кинематографа. Но научный и документальный кинематограф стал хорошей школой для его работы в художественном кино! Все фильмы по произведениям Николая Николаевича, которые появились при его жизни – и художественные, и мультфильмы, и кукольные полнометражные фильмы - сделаны по его сценариям! Более того – он участвовал в съемках всех этих картин. Приезжал на съемочную площадку, работал с артистами. Приведу в пример полнометражный фильм "Дружок" по рассказам "Дружок" и "Мишкина каша". Оба рассказа Николай Николаевич переработал в сценарий. Фильм снимался на Украине. Было выбрано красивое место с рекой, где проплывают пароходы, была найдена собака, которую требовалось поддрессировать, и дрессировщики. Николай Николаевич участвовал во всех этих процессах, даже дрессировал собаку! И участвовал в съемках как один из режиссеров.

Возможно, именно эту собаку дрессировал Николай Носов для съемок "Дружка". Фото из семейного архива.

Вы "унаследовали" от дедушки любовь к кинематографу? Имеете кинематографический опыт, или, может быть, собираетесь к нему обратиться?

В принципе, я мог бы работать в кино. У меня есть опыт написания сценариев для телепередач с Незнайкой и развито кинематографичное видение. Я хорошо как оператор вижу то, что надо снимать.  Но не планирую уходить в эту сферу, хотя это и могло бы быть интересно.

Как Вы относитесь к "взрослым" работам своего дедушки? Любите ли его сатирические рассказы, фельетоны, публицистику?

У Николая Николаевича был ряд статей, которые публиковались в центральных изданиях, таких, как "Литературная газета", но его самые главные взрослые вещи отнюдь не публицистика. Во-первых, это автобиографическое произведение "Тайна на дне колодца". Так же, как и "Повесть о моем друге Игоре", это вещь не для детей, а для юного читателя и для взрослых. Но если юный читатель умный, он уже практически взрослый человек. "Тайна на дне колодца" была создана Николаем Николаевичем в последние годы жизни, отредактирована, но опубликовать он ее не успел. Книга появилась из печати вскоре после его смерти. Сейчас она переживает "второе рождение", потому что ранее существовала как книга без иллюстраций. Сейчас она вышла с полноценным рисованием в "Эксмо", а теперь будет издаваться в "Махаоне". Она вполне востребована, судя по продажам. Взрослые люди, ценившие Носова как писателя своего детства, с интересом открывают его как писателя для своего теперешнего возраста. В глазах читателей он невольно "растёт": надо же, Носов может писать не только для маленьких, но и для взрослых!..

"Тайна на дне колодца" – действительно интересная книга, из которой можно лучше понять Николая Николаевича. Он в ней искренен, ничего не приукрашивает. Она может даже удивить с непривычки. Там описываются тяжелые моменты жизни страны: революция, Гражданская война. С точки зрения ребенка революция еще более страшна, чем с точки зрения взрослого – все эти ужасы он воспринимает острее. За строками чувствуется, как маленького Носова шокировали реалии Гражданской войны, сцены, когда на улицах валялись мертвые лошади, а люди умирали или погибали, не добравшись до дома, и мертвецы лежали на порогах домов. Такой же шок испытывают некоторые читатели, когда Николай Николаевич, детский писатель, такой красивый и веселый, вдруг пишет о жизни так жестко. Хотя у Николая Николаевича эта же жесткость прослеживается в "Незнайке на Луне". Если проанализировать третью часть трилогии о Незнайке, видно, что детский писатель был очень взрослым писателем. Он пытался в детях увидеть взрослых и пытался из маленьких неразумных существ вырастить людей думающих, понимающих, что вокруг происходит.

Николай Носов. Фото из семейного архива.

"Тайна на дне колодца" для вас самая главная вещь из взрослого наследия дедушки?

Нет, не могу так сказать. В его взрослом наследии есть удивительная вещь, которую мало знают: она издавалась пару раз, гораздо позже, чем "Тайна…", и выходила в томах собрания сочинений, а не отдельными книгами. Это "Кванты смеха": трактат о природе смеха. Он полностью подготовил эту книгу к печати. Но… при его жизни ее не печатали. Николай Николаевич был нужен государству как детский писатель. Публиковать его серьезное литературоведческое произведение было не особо нужно и по большому счету не особо выгодно. Для Николая Николаевича отказ в публикации был ударом. А советское литературоведение лишилось отличного учебника, наставления, как относиться к литературе, как в ней находить смешное. Если бы в тот момент литературоведы отнеслись к этому серьезно, этот учебник давно бы уже изучали.

В чем же суть этого трактата?

В нем две части: "Смех в жизни" и "Смех в искусстве". Такой труд о смехе в искусстве еще поискать. Очень интересен и всем понятен "Смех в жизни". А когда он доходит до "Смеха в искусстве", в первую очередь в литературе, это настоящее литературоведческое исследование. Николай Николаевич изучает ту часть жизни, в которой преуспел. Произведения Носова – по-настоящему смешные произведения, веселые, с оптимистическим подходом к жизни и творчеству. Носов был очень оптимистичным человеком. В исследовании смеха он хотел познать, в том числе, и себя, и свой талант. Но больше никому это в его время не показалось интересным. Моим делом стало издать труд, который дед не смог. Эта книга появилась первый раз в печати, кажется, в 2005 году, спустя почти 30 лет после смерти деда. Сейчас мне нужно сделать усилие и эту книгу выпустить еще два-три раза, и она станет популярной.

Фото предоставлено издательством "АСТ Дети"

Помните, как Николай Николаевич отзывался о современной ему детской литературе, когда Вы были ребенком?

Николай Николаевич всегда читал чужие произведения как критик и выражал свое мнение в пометках на полях. Он был талантливым человеком и самоуверенным в хорошем смысле: понимал, что может сделать многое лучше, чем те, кто работает рядом с ним. Вокруг него существовало много книг людей, не то чтобы популярных, но тогда хорошо издаваемых, которых теперь мы уже не помним. Пометки на полях этих книг отражают его скепсис, непонимание: это не так, неверно, необоснованно, не соответствует действительности. Он был человеком критическим и скептическим, но имел на это право с позиций своего таланта, опыта и знаний. Вот когда он читал Толстого, в записях на полях не было ни скепсиса, ни непонимания – только восхищение. Но вместе с тем Николай Николаевич был человек очень тактичный. Я не помню, чтобы он даже дома, с близкими, отозвался о ком-то плохо. Даже о людях, которые у него "брали" что-то литературное и не стеснялись выдавать за свое или пользовались его именем. Николай Николаевич всегда говорил, что надо любое сомнение трактовать в пользу человека. Он относился к людям как относится закон – с позиций презумпции невиновности. И к писателям подходил с презумпцией невиновности: надо искать хорошее, а не плохое. Отношения с коллегами у него всегда ладились. Прекрасные отношения с Барто, Михалковым. О нем прекрасно отзывался Олеша, и он об Олеше. У него сложились хорошие отношения и с людьми, не близкими по возрасту – со старшим Корнеем Ивановичем Чуковским и с младшим Анатолием Алексиным.

А как вы относитесь к современной вам детской литературе? Есть ли "перекличка" с дедушкой в вашем мнении?

Я ведь писатель, а не специалист по детской литературе. Памятуя наказ деда, я не могу строго судить о том, что не знаю в полной мере. Но бывают моменты, когда я беру детскую книгу в магазине с полки - и чего-то не понимаю. 

Игорь Носов выступает на ММКВЯ, сентябрь 2018. Фото предоставлено издательством "АСТ Дети"

Но вы не только писатель, но и многодетный отец…

Как многодетный отец я уверен: детская литература должна чему-то обязательно учить. Книги моего деда, которого я уважаю и ценю как литератора, всегда учат. Даже самый простой рассказ имеет мораль, рациональное зерно, ради которого он написан. Читая своим детям современные произведения, я порой не понимаю, для чего автор это написал. Да, там что-то происходит, есть некие события, интриги – но если все это написали без особой мысли, я не думаю, что это можно называть литературой. Литература – это мысль, облеченная в прекрасные слова. Мне кажется, современной детской литературе не хватает разумности, поучительности. Детская литература без поучительности – все равно что рот беззубый. Ты не можешь прожевать, не можешь проглотить, соответственно, не можешь и переварить. Зачем ребенку эта пища, если она не переваривается и не усваивается? Это жвачка, она бесполезна. А литература должна быть полезна.

В Ваших рассказах о новых приключениях коротышек с поучительностью все в порядке. Как вы задумали и написали эту книгу?  

Первые истории из нее появились, наверное, в 2000 или 2001 году. Сначала было написано 5 рассказов, где фигурировал Незнайка. Потом появился сборник "Остров Незнайки", куда вошло 10 рассказов. Потом в сборнике стало 20 рассказов. Через несколько лет вышло еще 2 рассказа. И еще через год-два – повесть " Путешествие Незнайки в Каменный город". Теперь в книге 22 рассказа про Незнайку и его друзей и небольшая сказочная повесть "Путешествие Незнайки в Каменный город". Эта книга скоро выйдет в издательстве "Махаон" под названием "Новые приключения Незнайки". Книга относительно небольшая, по объему равна "Приключениям Незнайки и его друзей".

Игорь Носов на фестивале "Красная Площадь", июнь 2018 года. Фото предоставлено издательством "АСТ Дети".

Есть, куда расти.

Для меня эта книга никогда не была проектом. Это была чистая литература, которую душа потребовала. Она появилась по обстоятельствам личным, когда я стал папой во второй раз. Вещи эти – плод жизни, как и дети. Николаю Николаевичу когда-то один известный человек сказал: "Что ты так переживаешь о своем Незнайке, он тебе что – сын?" Дед ответил: "Он мне больше, чем сын". Вот и для меня эта книга – как ребенок. Когда человек занимается литературой не ради заработка денег, то для него появление книги равнозначно появлению ребенка. Это что-то, данное свыше. "Новые приключения Незнайки" выросли из рассказов о моем сыне, я в ребенке вижу того же Незнайку. Подумал, почему бы его так и не назвать? Не просто мальчика, а того же персонажа. Я это сделал. Одни рассказы так и остались рассказами о моем мальчике и детях, которые его окружали, а другие превратились в рассказы о Незнайке и после были дополнены рассказами конкретно про Незнайку нового.

Ваши коротышки очень "носовские", не современные – не пользуются гаджетами, не сидят в интернете. Это вышло случайно, или так было задумано?

Намеренно. Если я нашел в себе силы и ответственность продолжить начатое Николаем Николаевичем, я не могу изменить его мир - мир маленьких добрых существ, которые уже близки миллионам людей. Ради чего этот мир менять?.. Я пытался сохранить его стилистику, атмосферу. Наверное, я своего добился, если читатели чувствуют, что мир Носова не сильно изменился.

Фото предоставлено издательством "АСТ Дети"

Будет ли продолжение приключений коротышек, живущих в носовской вселенной?

От меня этого требуют! Мои дети, редакторы детской литературы и сама жизнь, если честно. Ведь это жизнь создала мне такие условия, что появились две книги про новые приключения Незнайки. Значит, надо честно отнестись к требованиям и написать еще хоть одно произведение – или сборник рассказов, или новые сказки. У меня есть наработки, но я пока не успел их осуществить. Реализация планов, скорее всего, займет годы, а не месяцы. Вопрос, удастся ли сделать это так же хорошо, как первые две вещи. Но, надеюсь, я стал опытнее, и мне повезет.

Не зря же Вы пропитались творческой атмосферой дома Николая Николаевича! Удачи в творчестве!
Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ О ЛИТЕРАТУРЕ

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

Шаг в анимацию
Денис Кирис: "Бюджет на культуру нужно увеличивать вдвое"
Русский прорыв в Москве. Егор Летов в "Программе А"

В Москве

В поисках "Фантастики". На экраны выходит анимационная комедия для всей семьи "Братья Медведи. Тайна трех миров"
Встреча через столетие. Капелла имени Юрлова и Оркестр имени Осипова в гала-концерте к юбилею первого совместного выступления
В Театре Олега Табакова открыли новый сезон
Новости литературы
ВСЕ НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ
Вы добавили спецпроект в Избранное! Просмотреть все избранные спецпроекты можно в Личном кабинете. Закрыть