Первым русским воздухоплавателем источники называют штаб-лекаря Лефортовского госпиталя в Москве Ивана Григорьевича Кашинского. 6 октября 1805 года он пролетел над столицей на собственноручно построенном и на собственные средства снаряженном аэростате.
О предстоящем полете штаб-лекарь заранее оповестил жителей Москвы, выпустив "особливую афишку". Анонс был обстоятельным: аэронавт обещал "…поднявшись в 5 часов по полудни на весьма великую высоту на воздух, если только будет благоприятствовать погода, сделает опыт с парашютом, и по отделении оного от шара, поднимется ещё гораздо выше для испытания атмосферы". После полета предполагалось посадить шар на тот же пруд, близ которого он стартовал, и изобразить сцену из морской баталии. За наблюдение за полетом он предлагал заплатить ему 5 рублей серебром. Иван Кашинский надеялся, что власти и богачи из патриотических чувств материально помогут ему для проведения дальнейших опытов.
В итоге врач проплыл по воздуху над "Нескучным садом", а была ли разыграна "морская баталия", история умалчивает. Зато впоследствии Кашинский не раз устраивал платную демонстрацию своего аэростат в большом зале Петровского театра. Ради этого зрелища отменяли спектакли.
Иван Кашинский прославился в веках не только игрищами с воздухоплаванием, но и вполне серьезным вкладом в отечественную медицину и хирургию (в конце жизни получил звание доктора медицины и хирургии), участием в войне с Наполеоном, операциями в полевых условиях.
В памяти народной живет предание о первом воздушном полете на Руси, совершенном почти на сто лет раньше – то легенда о рязанском подьячем Крякутном: "1731 год. В Рязани при воеводе подьячий нерехтец Крякутной фурвин сделал, как мяч большой, надул дымом поганым и вонючим, от него сделал петлю, сел в неё, и нечистая сила подняла его выше березы, а после ударила о колокольню, но он уцепился за веревку, чем звонят, и остался тако жив. Его выгнали из города, и он ушел в Москву, и хотели закопать живого в землю или сжечь". Эта легенда опиралась на заметки некоего чиновника рязанской воеводской канцелярии. Вот только "обнаружил" ее и ввел в широкий оборот непрофессиональный историк Александр Сулакадзев, пользующийся сомнительной славой фальсификатора древнерусских летописей… В течение ХХ века в связи с развитием воздухоплавания к истории Крякутного обращались не раз, но увы, доказать, что тот полет имел место, никто не смог. Поэтому Крякутной служит, скорее, символом извечной тяги человека в небо, чем является историческим фактом.
