По сути, это капустник, где артисты и режиссер сами создали текст и образы. В полумраке они раскрывают терзания педагогов, чья личная жизнь далека от идеала. Это провокационная работа, разрушающая наши традиционные представления о школьной теме в театре, построена на остроумных и парадоксальных диалогах.
Забудьте о ностальгических картинах вроде "Доживем до понедельника" или "Школьного вальса". Перед вами не сентиментальная зарисовка о школьных буднях, а странный философский диалог о сложностях взросления, проблемах взаимопонимания и вечной попытке наладить контакт между поколениями. Здесь истинное счастье не в том, чтобы быть понятым, как в известном фильме, а в том, чтобы обняться, ведь стремление понять другого практически отсутствует. Абсурдные диалоги, насыщенные черным юмором и отсылками к советской культуре, ставят под сомнение саму концепцию российского "образования".
Так школа в спектакле становится метафорой жизни — непрерывного процесса обучения, лишенного однозначных ответов и готовых решений. Даже взрослые "выпускники" продолжают совершать одни и те же ошибки, не находя общего языка ни с учениками, ни с собственными детьми.
За полтора часа без антракта, постановка предлагает острые и актуальные темы, хоть и не всегда напрямую:
- Как правильно воспитывать детей, оставаясь самому в стадии взросления?
- Почему родительский опыт кажется подросткам совершенно бесполезным?
- Где проходит черта между заботливым отношением и чрезмерным давлением?
- Каковы причины того, что дети покидают родительский дом?
- Почему в некоторых семьях ощущается нехватка тепла и уюта?
- Что побуждает людей искать нечто вне привычной реальности, уходить в "тайгу"?
Хотя главный вопрос "Где здесь Бог?", увы, остается за кадром: ведь духовные искания не занимают внимания героев. Сюжета практически нет, он представлен в виде мозаики, где разрозненные эпизоды, от абсурдных до пронзительно реалистичных, складываются в единую картину. В духе театра абсурда, здесь переплетаются черный юмор, лирические отступления и почти сюрреалистические моменты, создавая ощущение "коллажного" пространства.
Прошлое вторгается в настоящее через яркие световые эффекты и музыкальные вставки, охватывающие широкий диапазон, от Оззи Осборна до ставшей народной песни "Ветер с моря дул".
Несомненный центр истории тут Роза Хайруллина. Ее героиня, эксцентричная пожилая женщина, которая выглядит лет на девяносто, воплощает на сцене удивительную органичность. Ее напористая, провокационная энергия полностью захватывает зал, хотя последние ряды могут испытывать трудности с восприятием ее дикции.
Однако партнеры Розы не уступают ей в мастерстве, каждый выходит за привычные рамки своего амплуа. Евгений Козлов, например, мастерски балансирует между комической неуверенностью и глубокой трагичностью. Диалоги между Хайруллиной и Козловым представляют собой отдельные мини-спектакли. Их партнеры - Джульетта Шабанова, Мария Раевская, Александр Сеппиус, Николай Голубев и Александр Львов – формируют ансамбль, где нет незначительных ролей.
Минималистичное оформление сцены напоминает нам о возможности антрепризы, делая этот спектакль легко перемещаемым по стране. Ключевым элементом тут является универсальный, трансформирующийся стол, который может служить и местом для педагогического совета, и праздничным застольем, и символическим порталом в прошлое.
В сценографии главную роль играют свет и звук. Резкие, даже агрессивные световые акценты и дымовая завеса резко воздействуют на зрителя, вызывая дискомфорт. Всё это работает на основную идею спектакля: российская школа – это настоящий ад.
Весь этот рваный, нелинейный джаз, по мнению авторов, повествует о конфликте поколений, поиске себя и страхе перед грядущим. Однако, чтобы понять эту мысль, нужно быть старше тридцати. Актерская игра условна, напоминает студенческие этюды, где каждый скорее рассказывает историю, чем воплощает персонажа. Тем не менее, здесь каждый герой важен, будь то "человек из тайги" или разносчик пиццы.
Вот, например, персонаж, который из учителя превратился в бездомного бомжа – причем, хорошего, но спящего на помойке. Его подобрала героиня Хайруллиной, а затем задается вопросами о своей идентичности: "Кто я? Памятник? Мусорка? Бездомная? Или та женщина?"
Или другой пример: учитель словесности, представляясь детям, заявляет: "Я поэт, зовусь я Цветик. От меня вам всем приветик". В ответ слышит: "Учитель, мы этот отстой не слушаем". А еще: "Учитель, у вас кукушка поехала?" Называется, поговорили.
Кстати, о "кукушке". Эта тема проходит через всё произведение. "Папа, почини кукушку. У неё голосок ломается", – просят дети. Намек понятен: похоже, всем педагогам нужна "починка кукушки". Но им не до этого, они признаются в любви школе, нотам, городу: "Вы любите школу, как ее люблю я? Всеми силами души…"
Это вам что-то напоминает? Порой диалоги героев – просто сборник цитат из советских фильмов или популярных песен, вроде "Где-то далеко идут грибные дожди…" И следует рассказ о любовных страданиях. Так, одна симпатичная героиня мучается от недостатка любви: "Где ты был так долго? Я хочу, чтобы настоящий мужик взял меня и увез в тайгу…"
Впрочем, что такое "тайга", остается загадкой спектакля-ребуса. Некоторые герои даже считают, что это… пицца. Под каким соусом – непонятно. Возможно, под матерным? Конечно, не всем придется по вкусу обилие нецензурной лексики, как и сцены активного курения (возрастной рейтинг спектакля 18+). Эти элементы могут показаться излишеством, хотя и придают постановке "грубую правду" жизни. Зрители, привычно ожидающие линейного сюжета, могут ощутить растерянность, особенно когда в полумраке почти не видно актеров, а их реплики тонут в грохоте музыки.
Также смущают некоторые избитые истины: "Если хочешь изменить мир – начни с себя". И еще длинные монологи героини на французском, которые никто не переводит, что весьма странно. Огорчает и отсутствие родителей школьников среди персонажей, хотя именно они сегодня главные герои в российской школе. Их послушать было бы тоже интересно.
Но не будем придираться. Ведь это эксперимент, спектакль-вызов, яростный студенческий демарш, который не дает ответов, но побуждает задавать вопросы. Это история о том, что жизнь – вечная школа, где мы все остаемся учениками. Другое дело, что такая школа и такая жизнь нуждаются в срочной "перестройке".
Эта драма с элементами фарса – совсем не легкое развлечение. Она требует внутренней работы, но и вознаграждает пронзительным ощущением, что не все благополучно в нашем мире. Как экзотическое пряное блюдо для отчаянных зрителей, готовых к нестандартному театральному опыту и рефлексии.
