Юрий Кублановский. Фото В. Разгулина. Фото из личного архива поэта.
Ахматова к шестидесятникам относилась скептически: называла их "эстрадниками". Но когда представилась возможность – и сама записала две отличных пластинки…Помню, был на комнатном чтении Вознесенским поэмы "Оза". Большую вещь Андрей Андреевич не ленился читать в узкой компании пяти-шести человек на квартире физика Вадима Клименко (упомянутого, кстати, Вознесенским в стихотворении "Монолог рыбака"). Это было лето моего поступления в МГУ, голова шла кругом…
Мне так повезло, что я слушал практически всех лучших поэтов послевоенного времени: и Тарковского, и Лиснянскую, и Липкина, и – опять же – "шестидесятников". А на Западе Льва Лосева, Иосифа Бродского… И каждое из этих чтений запечатлелось навсегда, и на слух, и визуально. Теперь я думаю, что лучше всего читать стихи в книге – и вспоминать при этом авторскую декламацию: тебя начинает настигать голос поэта, ты вспоминаешь, как слышал это стихотворение в его исполнении. Одно накладывается на другое, и эффект восприятия усиливается вдвойне. Я, во всяком случае, совершенно по-разному воспринимаю те стихи Бродского, которые слышал с голоса, и те, которые узнал лишь в книге. Впервые я слышал Иосифа через месяц после возвращения его из ссылки(мы тогда даже собирали в шапку деньги на билет ему обратно в Питер). А потом в Париже, в Амстердаме, в Нью-Йорке…
Фото из личного архива поэта. Проект
"Сезон стихов" я считаю очень удачным и своевременным. Мы вдруг получили отличную площадку в самом сердце Москвы. Замечательно! Ощущение, что поэзия выходит из маргинального существования на культурный простор. Самым удивительным и интересным для меня было то, что половину вечера читает не сам поэт, а приглашённый актёр. Было очень любопытно слушать свои стихи в исполнении профессионального актёра МХАТ Николая Коротаева. До этого мои стихи записывала только Алла Демидова, она прекрасный чтец. А на этом вечере мои стихи читал молодой человек. Он читал стихи сложные, ассоциативные, связанные с Шекспиром… Они и написаны были во время моего первого путешествия вБританию во второй половине восьмидесятых годов. И это неожиданно: слушать, как человек совершенно другого поколения, другой профессии озвучивает мой поэтический, в данном случае перенасыщенный шекспировскими ассоциациями текст.
Дай Бог, чтобы этот проект не скис, не завял. Мне кажется, что одним чтением можно не ограничиваться. У меня, например, готовится сейчас в издательстве "Русский путь" трёхтомник моих стихов за более чем полвека. И я бы чрезвычайно охотно презентовал его на МХАТовской сцене. Да, думаю, и другие поэты рады были бы почитать в МХАТе ещё. Солидарность типографского и декламационного слова обогащает культуру.
