Московский зодчий: к 280-летию Матвея Казакова
16 декабря 2018
Как вернуть детско-юношеское кино в России
14 декабря 2018
Проблемы детского театра обсудили в Кемерово
14 декабря 2018
Выставка декора стола разных эпох в музее Тропинина
14 декабря 2018

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

2 ноября 2016 12:38

Редактор – менеджер гения, всё остальное – автор

Книжные издательства – это огромный мир, со своими течениями, кораблями, островами и причалами. Зачастую, беря книгу в руки, мы не подозреваем как много участников стоит за готовым, пахнущим типографской краской экземпляром. Чьи фамилии не стоят на титульном листе?

Коллаж: rewizor.ru
Коллаж: rewizor.ru

Елена Нестерина и Елена Вячеславовна Курочкина – это один и тот же человек. Только Елена Нестерина – писатель, автор серии повестей для детей и таких романов для взрослых как "Женщина-трансформер", "Разноцветные педали", "Динамо-машина", "Официантка". А Елена Вячеславовна Курочкина – редактор известнейшего на книжном рынке издательства "Эксмо". О том, как совместить профессию и призвание, мы и поговорим сегодня.

Елена, вы закончили учебу в знаменитом писательском Литературном институте в самом конце девяностых. Вам сразу удалось найти работу?

Да, я пришла в "Эксмо" по окончании Литературного института. Так что застала издательство на разных этапах его развития. А также, и книжный рынок, который менялся всё это время. Пришла я в "Эксмо", сначала как автор – предлагать свои тексты: мои первые повести для подростков. И устроилась работать. Мне сразу понравился коллектив редакции № 1. Помню, в мой первый рабочий день меня, как самого молодого бойца, отправили покупать роскошный букет для известной писательницы Дарьи Донцовой, ко дню рождения. Меня потрясла вся эта ситуация: букет! Для самой Донцовой! Я до сих пор расцениваю это как боевое крещение и добрый позитивный знак.

Получается, что вы работаете в сфере литературы больше 15 лет: одновременно и как автор, и как редактор. Можете открыть секрет: как это совмещается в одном человеке? Мешает ли автору редакторская деятельность? Не становится ли редактор барьером для автора: отбирает, например, более выгодные темы или сюжеты? Не подавляет ли внутреннюю свободу автора?

Мои повести не сразу, но были изданы в “Эксмо”, а самая первая книга вышла в “Олимп-АСТ”, так что дебют оказался не в родном издательстве.

Не знаю, плюс это или минус, но все мои повеcти и романы шли на общих основаниях, не по блату, хотя, казалось бы, так удобно, работая в издательстве, продвигать и свои книги. Нет, все они проходили сначала рецензию, потом обсуждались, и только потом ставились в план производства: так вышли мои романы “Женщина-трансформер” и “Разноцветные педали”. Потом я ушла в декрет, серия закрылась, новых романов мне пока выпустить не удалось, хоть из декрета я уже вышла. 


Мне всегда очень сложно просить, настаивать на своём, хоть зачастую и кажется, что я такая строгая и несгибаемая. Вот здесь и начинается расхождение – редактор и автор.

Мне кажется, что редактор я действительно строгий (но, надеюсь, справедливый), а вот автор нерешительный и робкий. Не знаю, как преодолеть это, я вижу, что авторы бывают упорные, как ледоколы, грамотно влюблённые в своё творчество и уверенные, что именно их ждёт литературный Олимп. А есть стеснительные, есть адекватно расценивающие положение дел. Я вот где-то между ними. Сейчас я в основном редактор, а не автор.

Вы перестали писать?

Нет, пишу я по-прежнему, но издаюсь мало. Самого себя издавать невозможно. И круг замыкается, но пока что-либо изменить я не могу, просто пишу. И продолжаю верить, надеяться и ждать, что скоро выйдут мои новые книги. В этом году в общих сборниках вышли несколько моих рассказов.  Рассказов для меня важных. Так что считаю это своей авторской победой.


Какова ответственность редактора? Много ли приходится вносить изменений в авторские работы?

На этапе подготовки рукописи к публикации редактор решает, какой текст он выдаст на рынок, потому что ответственность редактора за общее дело здесь выходит на первое место.

Очень много авторов пишет ровно и чистенько, но много и таких, которые, при том, что их тексты бывают увлекательные, страстные, живые, или недобирают в композиции, или затягивают что-то, или обрывают сами себя. Вот тут и нужно просто помочь. А иногда и допридумать что-то.

Почти все тексты крупной формы часто нуждаются в подобной правке, а уж рассказы, где слова должны быть филигранно подогнаны одно к другому, тем более.

Я помню, что мне и в первом, и во втором романе редакторское вмешательство очень помогло. Небольшая правка композиции “Женщины-трансформера” окончательно расставила всё на места, в “Разноцветных педалях” (моим редактором была Ольга Аминова) я дописала большой эпизод – и усилилась динамика, завертев роман неостановимым штопором.

Но, по большому счёту, нет стопроцентного эталона, как надо. Любая правка – это дело вкуса. Как и любая критика. Многие ведь замечали, что хороший текст одному критику нравится, а другому не нравится. Читаешь статью и думаешь: ну почему? Чем руководствуется критик, нахваливая одно и громя другое? И почему другой делает ровно наоборот? А потому, что мы все, разные люди с индивидуальным эстетическим восприятием. И многими из нас движет подчас то, что никто не подозревает. Мотивы, цели, обиды, желания – все может оказаться, очень личным и сказаться на судьбе автора будь то литературный конкурс или новая серия книг. Делать серию книг этого автора или другого? Всего учесть невозможно, мы всегда будем ошибаться. Равно как и находить бриллианты и жемчужины.

Как вообще возникает эта связка автор-редактор? Нет ли у редактора ревности к “переделанному тексту”, ведь в конечном итоге его фамилию едва ли заметит читатель. Совсем недавно прошел на экранах фильм “Гений” Майкла Грандаджа, где вопрос о том, кто же действительно в этой связке более гений, останется открыт…

Да, я так много своей души, не говоря уже о рабочем времени, вкладываю в своих авторов, что начинаю ощущать их тексты как свои.

Мы много раз разговаривали с коллегами-редакторами о степени благодарности автора редактору: где она должна начинаться и как заканчиваться? Ведь всё равно автор знает, что написал всё сам. И что можно было доработок, которые предлагает редактор, и не делать. Что сложись обстоятельства как-то иначе, и тираж бы был больше, и поправок не было бы, и обложка лучше, и реклама на всех столбах, и интервью, и авторские турне по стране и миру для встреч с восторженными читателями… И вообще – всё иначе и множество "бы".

Кто-то из авторов понимает, что вообще ничего не произошло бы с его текстом, что зачастую публикацию решает случай. Сколько мы знаем историй о том, что одну рукопись просто механически вытащили из стопки распечаток и прочитали. Не в порядке общей очереди, а случайно. И вот автор открыт! Не спустя полгода (иногда только за такой срок доходит очередь до многих рукописей, потому что их много, а читаем мы ВСЁ! Даже, если это не жанр нашей редакции, а детектив или фантастика, мы не ленимся и перенаправляем их в нужный отдел – потому что за этим стоит АВТОР).

С некоторыми авторами приходится работать очень много – несмотря на то, что текст понравился и видится его перспектива, а некоторые приходят “готовые”. Бывали обидные случаи, когда, долго работая над текстами автора, составляя правильную стратегию его продвижения на книжном рынке, отбраковывая варианты обложки и прочее, мы опаздываем – и такая тема или перестаёт интересовать читателей, или рынок оказывается перенасыщен, а потому уже нет смысла выпускать ещё одного пловца, чтобы не утонул. Или… автор ушёл в другое издательство, не дождавшись и разуверившись. Я всех их понимаю, а потому никогда не обижаюсь.

Наши отношения с авторами скорее партнёрские. Да, есть писатели, с которыми я дружу, но в основном это те, с которыми не работаю. Хотя я очень тепло ко многим из них отношусь (они зачастую этого даже не подозревают), мне приходится сохранять сдержанность. Так удобнее и самим авторам, и мне. Я же – лицо издательства. Наши с ними разговоры и переписка всего лишь маленькая вершинка айсберга. Вряд ли я когда-нибудь каждому из них расскажу, сколько усилий пошло, чтобы выходили их книги. Здесь, я как редактор отстаиваю право создать для них серию книг, решаю вопросы по гонорарам и роялти, продвижению и рекламе, не говоря уже об аннотациях, обложках, самих текстах.

Так что моя позиция по вопросу, кто больше гений, автор или редактор, такая: редактор – это только менеджер гения. Всё остальное – это автор сам.   
 
Елена, какие основные направления и жанры будут интересны издательству в новом сезоне?

Я надеюсь, что издательству удастся достойно представить на книжном рынке современную российскую прозу. Сейчас стал популярен рассказ – короткое произведение, которое можно прочитать быстро, а, если этот рассказ хороший, чувств, мыслей и эмоций после прочтения он оставит много, иногда с этим не может справиться и роман.
Я за то, чтобы издавались и “толстые” романы, и сборники рассказов. Чтобы находилось место на полках книжных магазинов и в руках у читателей и беллетристике, и современной прозе, и драматургии, и поэзии. Пусть цветут все цветы. 


Книги Елены Нестериной и Елены Курочкиной всегда наполнены чувствами и событиями, отражающими жизнь такой, какая она есть, могла бы быть или будет. Создавая текст как автор или создавая автора, снова и снова настоящий профессионал дарит нам новый опыт: интеллектуальный, эмоциональный, положительный и отрицательный, сохраняя слово, как тайну текста.
Поделиться:

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ О ЛИТЕРАТУРЕ

ДРУГИЕ ИНТЕРВЬЮ

НОВОСТИ
Вы добавили спецпроект в Избранное! Просмотреть все избранные спецпроекты можно в Личном кабинете. Закрыть