Театральная Россия. Кабардинский Государственный драматический театр им. Али Шогенцукова
9 декабря 2019
Премьера документального фильма "Волонтёры будущего. Часть первая"
6 декабря 2019
Театральная Россия. Балкарский драматический театр им. К. Кулиева.
6 декабря 2019
Праздник и традиции в Рахманиновском зале
5 декабря 2019

Путешествия

Новый раздел Ревизор.ru о путешествиях по городам России и за рубежом. Места, люди, достопримечательности и местные особенности. Путешествуйте с нами!

Роман Сенчин: "Пусть соловьи поют бесплатно. Я против этого"

"Ревизор.ru" поговорил с известным современным прозаиком о насущном для авторов – "журнальной" литературе, выходе к читателю и гонорарах.

Роман Сенчин. Фото из личного архива писателя.
Роман Сенчин. Фото из личного архива писателя.

Роман Валерьевич Сенчин — российский прозаик и литературный критик, автор почти двадцати книг художественной прозы и нескольких сборников критико-публицистических статей: "Рассыпанная мозаика: Статьи о современной литературе" (2008), "Не стать насекомым" (2011), "По пути в Лету" (2015) и других.

Широкому читателю Роман Сенчин известен как писатель реалистического жанра (один из "новых реалистов"), мастер рассказа и "городской повести" (книги "Минус", "Нубук", "Вперёд и вверх на севших батарейках", "Изобилие" и др.). Заметным явлением в библиографии Романа Сенчина был роман "Ёлтышевы" 2009 года – о семье городских жителей, переселившихся в деревню волею обстоятельств: с этим переездом сошла на нет вся человеческая сущность членов семьи. Книгу, несмотря на ее реалистичность, прочитывали в метафорическом ключе, чуть ли не как портрет России. Также перу Сенчина принадлежит документальный роман "Зона затопления"- исследования о территориях, ушедших под воду в результате промышленных преобразований и других технократических причин. Одним из последних прозаик написал роман "Дождь в Париже", а самая новая его книга — опять сборник рассказов "Квартирантка с двумя детьми" (2019).

В настоящее время Роман Сенчин живет в Екатеринбурге. В одном из интервью он объяснил переезд в столицу Урала так: "Время, когда писатели стремились в Москву, прошло". При этом Сенчин активизировал общественную деятельность: стал на общественных началах помощником депутата Госдумы России от КПРФ, писателя Сергея Шаргунова.

Писательская биография Романа Сенчина строилась классически: начиналась с публикаций в "толстых" литературных журналах. Первые его рассказы вышли в "Знамени". Во время учебы в Литературном институте на семинаре Александра Рекемчука (в 1996—2001 годах) молодой писатель активно печатался в "Октябре", "Дружбе народов", "Новом мире", "Нашем современнике" и других "толстяках". В итоге Роман Сенчин стал постоянным автором большинства российских литературных журналов. Испокон века русские классики "приходили" к читателю со страниц журналов – вспомним "Современник" и "Отечественные записки" Некрасова до революции или "Новый мир" Симонова и Твардовского, открывшие многие славные имена российской словесности, от Достоевского до Солженицына.

Только наше время изменило эту диспозицию. В последние годы положение "толстых" литературных журналов становится все отчаяннее. За астрономический год с осени 2018 по осень 2019 "Ревизор.ru" писал о закрытии единственного отечественного "профильного" поэтического журнала "Арион"; о том, что под угрозой оказалось продолжение работы петербургского литературного журнала "Звезда". С января 2019 года приостановлен выход журнала "Октябрь", с 1924 года бывшего печатным органом Союза писателей РСФСР (а до его образования – РАППа). Также почти полгода не работала электронная библиотека "Журнальный зал", где выкладывались версии многих российских литературных журналов. Только с помощью краудфандинга минувшим летом удалось возобновить деятельность межжурнального портала, но будущее его, к сожалению, туманно.

На этом депрессивном фоне образован новый литературный журнал "Традиции & авангард", главным редактором которого стал Роман Сенчин. У писателя есть опыт редакторской работы – долгое время он занимал пост заместителя главного редактора еженедельника "Литературная Россия", но, как мы все понимаем, не только от знаний, практики и таланта редактора зависит успех периодического издания. А журнал "Традиции & авангард" – фантастика! – даже выплачивает авторам гонорары. Все это выглядит таким несовременным, будто вернулись славные дни хрущевского "Нового мира", открывшего "Один день Ивана Денисовича".

Номера журнала "Традиции & авангард" в сети.
О новых книгах, текущем литпроцессе, его печалях и радостях и новорожденном издании "Ревизор.ru" побеседовал с Романом Сенчиным.
 
Роман, судя по вашим самым свежим книгам – "Напрямик", "Постоянное напряжение", "Квартирантка с двумя детьми" - вы как автор совершили "полный круг", перейдя от произведений малой формы к крупной, даже эпохальной, а теперь снова обратившись к рассказам. С чем этот переход связан? Надолго ли он? Или очередной роман уже зреет?

Да нет, рассказы и повести пишу всегда. Объемных вещей у меня не так много. Вообще не могу представить, как живет автор, пишущий только романы. Я бы чокнулся. Меня не хватает на долгое дыхание. Большие вещи пишу по нескольку лет, прерываясь, отвлекаясь. Сейчас вот лежит начатая два года назад большая вещь, но возобновить над ней работу непреодолимого желания нет. Хотя сюжет, финал давно мне известны. Осталось только записать. Но не очень хочется. А хочется писать рассказы – тьфу, тьфу, тьфу – чтоб не сглазить.

Какие литературные и окололитературные события последнего года-двух вы считаете важнейшими? Какую тенденцию эти события для вас "рисуют"?

Елена, не могу ответить. Вообще событие в литературе – выход потрясающего произведения. Такого события, кажется, не было. Много хороших книг, но не более. А потрясающая книга может быть ужасной, даже плохо написанной. Важен резонанс пусть не в обществе целиком, но хоть в литературной среде. Грубо говоря, нового "Духлесса", или "Саньки", или "Лавра" за эти год-два не появилось. Да они и не должны появляться часто.

Как же так? А появление нового литературного журнала "Традиции & авангард" вы событием не считаете? Какие события привели к возникновению вашего сетевого литературного журнала и когда все это началось? О соображениях издающей команды поговорим дальше.

Событие было одно: года полтора назад Александр Гриценко (писатель, председатель правления Интернационального Союза Писателей. – ред.), с которым я знаком давным-давно по Литературному институту, предложил выпускать журнал. Я согласился стать главным редактором на условиях, что сам буду формировать номера, что авторам будет выплачиваться пусть мизерный, но гонорар. Александр согласился. В работе над журналом он участвует – мы советуемся по поводу спорных материалов… Журнал пока ежеквартальный. В прошлом году  вышел пилотный номер, в этом – четыре. Кстати, журнал не только сетевой – по мере надобности выходят экземпляры на бумаге. Современные технологии позволяют выпускать даже один экземпляр по требованию. Это правильно.
 
Команду журнала составляют указанные в разделе "Редакция" три человека: "Директор журнала: Александр Гриценко, Главный редактор: Роман Сенчин, Заместитель главного редактора: Андрей Щербак-Жуков"? Или есть еще кто-то – редакторы рубрик, или "ридеры", отборщики произведений? Как распределяются между редактором и его замом руководящие функции, как делите между собой поток входящих произведений? Кстати, "поток" сейчас, к 5-му номеру, уже сложился?

Андрей Щербак-Жуков (писатель-фантаст, журналист, заместитель ответственного редактора "Независимой газеты", - ред.) подключился с пятого номера. С шестого, надеюсь, редакция пополнится прозаиком и критиком Натальей Рубановой. До этого рукописи готовил я один. Вернее, вместе с корректором, которая обращала мое внимание и на стилистические ошибки. Ридеров нет, поисками авторов я занимаюсь сам. И потока тоже пока нет. Мы пока не открыли шлюзы для самотека. Подкопим силы, тогда, наверное.

Фото из личного архива писателя. 
Кстати, об авторах. Говорят, и не без оснований, что у каждого издания есть свой круг авторов. Вы при создании журнала рассчитывали привлечь каких-то определенных людей, или, напротив, решили делать ставку на полный демократизм?
 
Прямо круга пока нет. Вернее, я зову тех, с кем знаком, кого ценю. Это писатели Денис Гуцко, Алина Витухновская, Андрей Бычков, Василина Орлова, Екатерина Ткачёва, Даниэль Орлов, критик Андрей Рудалёв, драматурги Ксения Степанычева, Николай Коляда… Литераторы разных направлений, разных взглядов на жизнь. Но это и интересно. Немало молодых, начинающих, хотя хотелось бы больше… В свое время я был ридером в премии "Дебют", встречал очень много талантливо написанных вещей, которые не прозвучали. Наверное, в следующем году подниму свои архивы, буду звать этих ребят в журнал.

О финансах спрашивать считается неприличным, но все же – на какие источники средств для журнала надеетесь, имеете ли поддержку?

Александр Гриценко занимается поиском средств. Технические вопросы – сайт, верстка, корректор, печать на его плечах. Мне он выделяет некоторую сумму на гонорары авторам. Гонорары позволяют или скромно отметить публикацию, или на три-пять дней купить продуктов. Знаю, что особенно поэты живут очень скромно. Несколько человек мне признались, что первый гонорар за стихи они получили именно в нашем журнале. А они довольно известные. Но так повелось, что поэтам гонорары как бы необязательны. Пусть соловьи поют бесплатно. Я против этого.

Считаете ли вы как главный редактор допустимым публиковать материалы за плату с авторов? Это сейчас "модно"…

За плату мы никого не публикуем. Это чудовищная практика, разрушающая уникальную цивилизацию толстожурнальной литературы. Издательства, хрен с ним, пусть печатают книги на средства авторов, хотя это чревато потерей уважения читателей к тому или иному издательству. Когда я вижу, что книга выходит "в авторской редакции", читать ее интереса нет. Автор, какой бы талантливый он ни был, не может быть редактором своего произведения. Это нонсенс.

Роман, в вашем вступительном слове к самому первому номеру упомянуты "прилавки", с которых читатели будут "рвать" номера журналов "Традиции & авангард" – это значит, что в перспективе может появиться бумажная версия? Или все-таки будущее – за электронными изданиями?
 
Насчет прилавков. Я верю, что внимание к журналам возродится. Но должно многое совпасть. Журнал должен зарабатывать. Как было во времена Некрасова-редактора. Например, представим, что "Новый мир", "Знамя" или любой другой толстый журнал берут откуда-нибудь круглую сумму и переманивают ею из издательств Пелевина, или Улицкую, или Акунина, или кто там еще очень популярный… Делают сайт платным, объявляют места, где можно купить бумажные экземпляры. И читатель наверняка ринется к реальным или виртуальным прилавкам. Тысячи, если не десятки тысяч людей буквально подсажены на того или иного автора. А в одном номере с популярными печатать молодых или тех, кто не очень-то на слуху… Сейчас же сайты открыты, громких имен в журналах почти не встретишь. И интереса особого номера не вызывают.

И мы плавно перешли к соображениям, подвигнувшим создать новый журнал. В том же вступительном слове вы привели три резона: "движение русской литературы со времен Сумарокова, Фонвизина, Новикова определялось литературными журналами"; " форма литературного журнала очень удобна для читателя", так как являет собой срез всех родов литературы; "надеемся, что наш журнал будут читать не тысячи людей, …а сотни тысяч людей". Надежда умирает последней, и с этим грешно спорить. Но вот недавно был на грани закрытия портал "Журнальный зал", тиражи "толстых" журналов падают, вы об этом тоже упоминаете, потому что их перестают заказывать библиотеки, стесненные материально… Не говорят ли все эти факты о том, что в наши дни у литературных журналов меняется функция и положение в культурном и социальном пространстве?

А какая сейчас у журналов функция? Я ее не вижу. Те авторы, для кого литература – работа (и они делают эту работу качественно), ориентированы на издательства, читатели, в общем-то, тоже. Если еще лет десять назад журнал мог предложить, скажем, критику за большую аналитическую, обзорную статью достаточно существенный гонорар, то теперь и этого нет. Я не утверждаю, что наш журнал – это нечто действительно новое, но попытка хоть немного изменить ситуацию к лучшему. Хотя проблем много, трудностей – тоже. 

Но разве мало электронных литературных журналов существует сегодня? Вы замечаете, что они как-то влияют на текущую литературную ситуацию, определяют ее движение? Если добавить к ним еще один, что это изменит?

Не будьте пессимисткой, Елена. К оптимизму не призываю, но как реалист могу сказать, что электронные литературные журналы освежают наше довольно таки затхлое пространство. Конечно, смешно было бы утверждать, что электронные журналы прямо изменили ситуацию – скорее, они разнообразят палитру. Наш журнал, надеюсь, тоже добавил некий оттенок. Сейчас очень сложная ситуация с авангардной литературой. Читатель ее практически не видит. Мы стараемся в меру сил показать ее. Впрочем, как и настоящий реализм. "Реализм с допущениями" я не люблю, поэтому у нас его почти нет. Зато авангард удается раздобыть.

Вы видите "изюминку", оригинальность своего проекта в смешении "традиций и авангарда"? Но ведь в той или иной степени от такого смешения не свободен ни один литературный журнал…

Да, мы решили повенчать розу с жабой. Первые номера показывают, что это, в общем-то, удается. Завязались уже дискуссии. Например, Сергея Бирюкова, одного из немногих одновременно и теоретиков и практиков русского авангарда, и традиционалиста Константина Комарова. Это полезное дело… Да, почти в каждом журнале есть смешение, но у нас, надеюсь, это смешение несколько иного рода.

В первом номере вышла глубоко пессимистическая статья критика Сергея Морозова "Завтра начинается сегодня", где он в восьми пунктах доказывает, что, напротив, "завтра" в литературе вряд ли наступит, а если оно и придет, то будет уродливым. Вы не побоялись открыть этим материалом проект – не согласны с Морозовым или просто даете распускаться всем цветам?

Да, Сергей Морозов крайне скептично настроен в отношении современной русской литературы. Я с ним мало в чем согласен, но его мнение важно. Я дал статью в первом номере специально – надеясь спровоцировать полемику. Анна Жучкова (литературный критик, литературовед. – ред) откликнулась, но слишком интеллигентно, на мой взгляд.

Фото из личного архива писателя. 
Кто рисует такие интересные обложки? Мне понравилось, что в первых номерах абстрактные фигуры "подпирали" раскрытую книгу – в этом виделся некий символ незыблемости "бумажной" книги как артефакта. Но почему-то эта книга у "свежих" номеров из концепции оформления исчезла. Это тоже что-то значит?
 
Мы заказываем обложки художникам, они делают несколько вариантов, мы выбираем. А про бумажную книгу и концепцию вы, наверное, слишком усложнили. Книга не значила ничего особенного. Как я уже сказал, бумажные экземпляры нашего журнала иногда печатаются. Но пока у нас нет подписки, не налажен путь в книжные магазины, бумажный тираж печатать не стоит. Страшно, когда редакции забиты пачками старых журналов.

И журналу, и писателю нужно желать самого главного – читателей. Читателей вам на сайт, да побольше! Спасибо за интервью.
Поделиться:
Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий или заполните следующие поля:
Татьяна Л.

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ О ЛИТЕРАТУРАХ

ДРУГИЕ МАТЕРИАЛЫ

НОВОСТИ

Новые материалы

Театральная Россия. Кабардинский Государственный драматический театр им. Али Шогенцукова
Эдуард Успенский: "За одну хорошую книгу я бы мог отдать пять телевизоров"
Премьера документального фильма "Волонтёры будущего. Часть первая"

В Москве

Праздник и традиции в Рахманиновском зале
"Ипполитовка" жжёт!
Москва и Санкт-Петербург встречают "Артдокфест"
Новости литературы
ВСЕ НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ
Вы добавили спецпроект в Избранное! Просмотреть все избранные спецпроекты можно в Личном кабинете. Закрыть