Денис Тагинцев: В ГРАНД Театре мы совершаем революцию в танцевальной индустрии.

Сейчас у нас есть уникальная возможность стать свидетелями рождения нового жанра. В Москве появился ГРАНД Театр — первый танцевальный театр в России. Но жанры не возникают сами по себе.  Нужна незаурядная личность, соединяющая в себе многие таланты: безусловный профессионализм, способность увлекать своей идеей других талантливых людей, даром предпринимателя, пламенной энергией, обаянием и непоколебимой верой в дело своей жизни. Чемпион мира, Европы и России по бальным танцам, продюсер, хореограф, предприниматель, многократный участник и неоднократный победитель шоу «Танцы со звездами» Денис Тагинцев как раз такой человек. Накануне нового сезона ГРАНД Театра мы поговорили с Денисом о природе танцевального театра и об энергии мечты.

Денис, почему люди вообще танцуют?

Потому что движение под музыку «зашито» глубоко в ДНК каждого жителя нашей планеты. Танец — одна из важнейших потребностей человека с самых давних времен. Когда еще не было устной речи уже был ритм, музыка, которую создавали древние племена. Танцем люди выражали свои эмоции и чувства. Танцем люди говорили. Наше тело и сейчас помнит этот древний язык. Танцуя, мы становимся совершенно свободными, и поэтому так любим танцевать.

Делятся ли люди на танцоров и не танцоров? Или мир танца открыт каждому?

Танец преображает человека. Во-первых, совершенно точно улучшается настроение и осанка. Во-вторых, в движениях появляется особенно притягательная грация. Людей, занимающихся танцами, видно сразу. И для занятий танцами нет вообще никаких ограничений. Серьезно, никаких. Хотел сказать, за исключением ограничения двигательной активности в целом… Но у меня есть опыт участия в благотворительном вечере танцевальных клубов GallaDance — Dance Club Awards, где я выступал в поддержку Федерации спортивных танцев на колясках. Поверьте, люди счастливы прикоснуться к танцу даже без возможности двигаться полноценно. Этот мир открыт каждому!

Вы с 6-ти лет знали, что будете танцором. Что-то подсказывало, что это не просто детское увлечение?

Если я себе что-то напридумывал, то, скорее всего, реализую, потому что очень целеустремленный. Никогда не сомневался в выбранном пути. За исключением, может быть, одного небольшого эпизода в 16 лет, когда у меня возникло сомнение по поводу выбора танцев, как профессионального занятия. Есть распространенная  точка зрения, что танцы это легкомысленно и я поддался, подумал, что нужно остановиться и заняться чем-то более «серьезным». Но быстро понял, что танцы — мое призвание, мой безграничный мир. Я, действительно, с 6 лет всегда рвался в зал, на турниры, выступать, потом придумывать и продюсировать шоу. Тут самое главное — любовь. Если она есть, то ничто вас не остановит.

После проекта "Танцы со звездами"  многие звезды решили продолжать  танцевать. Что им открылось, как вы думаете?

Те звезды, с которыми я работал в шоу «Танцы со звездами», в жизни такие же люди. Вы, может быть, удивлены, но это так. (смеется). А люди всегда хотят радости, легкости, ярких эмоций, хотят счастья, забыть свои тревоги. Танцы — идеальный  способ все это получить. Танцуя под любимую музыку, мы погружаемся в абсолютно другой мир. Скажу больше, это определенный способ медитации, способ отключиться от проблем. Плюс, совершенно точно, танцы раскрепощают, дают свободу действия, мыслей, дарят образы. Это особенно важно для людей творческих профессий, постоянно нуждающихся в источнике вдохновения. И поэтому звезды танцуют. Это занятие затягивает.

Чему Вы научились в проекте "Танцы со звездами" у своих партнерш: Ксении Алферовой, Александры Урсуляк, Екатерины Варнава, Янины Студилиной, Александры Ревенко?

Проект «Танцы со звездами» поменял мою жизнь и серьезно на меня повлиял. Я это прекрасно осознаю. Раньше я считал танцы больше спортом, чем творчеством. Но познакомившись с моими партнершами, с другими участниками шоу, со всей командой проекта, в которой каждый человек имел и имеет для меня значение, —я понял, что у танца есть другая грань. Я посмотрел спектакли, в которых играли мои партнерши, проникся театром, полюбил его и сейчас совершенно уверен, что бальный танец тоже может быть полноценным видом театрального искусства.

Какие стереотипы о бальных танцах вы хотели бы разрушить?

Сразу, сходу, назову три стереотипа, которые я бы хотел разрушить.

Первый. Мнение о том, что танцы — несерьезная профессия. Чтобы достигнуть результатов, научиться хорошо танцевать, выступать на сцене, преподавать, воспитывать чемпионов, вообще как-то преуспеть в этом деле — нужен колоссальный труд. Часы, годы тренировок в зале, постоянный поиск идей. Это жизнь, проходящая под танцевальной звездой, это моральные, ментальные, финансовые вложения. Танец, даже как хобби, многого требует от человека. А профессиональные танцы серьезная деятельность — вид спорта, искусство, бизнес. В России молодые люди часто стесняются того, что занимаются танцами и здесь мы отстаем от международного уровня. Хотелось бы, чтобы люди этим занятием гордились.

Второй. Мнение, что это не мужское искусство и спорт. Вроде футбол дело мужское, а танцы… такое себе. Но танцы как раз очень мужское занятие, даже исторически, это часть мужской культуры. А еще, занимаясь танцами, можно многое узнать об уважении, о партнерстве, об глубоких отношениях мужчины и женщины.

Третье. Мнение, что научиться танцевать дано не каждому. Почему-то считается, что раз в детстве не научился, то уже и не научишься. Да, чемпионат мира вы, скорее всего, уже не выиграете. Но научиться шикарно танцевать всегда возможно! У меня есть ученица, которая много чего добилась в жизни, вырастила пятерых детей, а теперь она очень круто танцует. Выступает и наслаждается этим. Танцевать может и должен каждый!

В какую сторону сейчас развиваются бальные танцы? Это консервативное искусство?

Бальные танцы все активнее проникают в широкие массы, слава Богу. 25 лет назад в России появилось новое направление в индустрии танца, которое сокращенно называется Pro-Am — от английского Professional (Профессионал) - Amateur (Любитель). Это когда профессиональные преподаватели становятся партнерами для своих учеников или учениц, выходят вместе на турниры. Все больше людей втягиваются в это движение.

Я тоже активно участвую в развитии этого направления бизнеса в России в рамках профессионального обучения танцам в сети наших танцевальных клубов GallaDance.

В ГРАНД Театре мы сейчас совершаем настоящую революцию в танцевальной индустрии.

Со своей стороны, я делаю все для того, чтобы танцы стали сценическим искусством. Мы выводим на сцену наших замечательных спортсменов, чемпионов мира по танцам и превращаем их в артистов, в сценических звезд. Мы создаем настоящий театр танца, где Мастера дарят свое искусство тысячам зрителей. Я очень хочу, что танцы в России и дальше развивались в этом направлении. И, мне кажется, начало положено.

Чем вы объясняете успех танцевальных шоу?

Я пока не могу сказать, что танцевальные шоу у нас имеют колоссальный успех. К моему сожалению, драматический театр в России пока любят больше. Это данность и можно по этому поводу поплакать, погрустить или пофилософствовать. Мюзиклы и ледовые шоу уже более раскручены. В ГРАНД Театре хорошо идут продажи, залы полные, но это небольшие залы, до 1000 мест. Нам есть куда расти и стремиться. Я думаю, что люди пока не поняли, что такое танцевальный спектакль, что он может им дать и зачем на него приходить. Моя задача это объяснить.

Вы не только продюсер и танцор. Вы профессиональный кинорежиссер.  Будет ли продолжение Вашей кинокарьеры? 

Я не никогда не был профессиональным кинорежиссером. Я, действительно, получил диплом, окончив специальный курс в школе Александра Митты (режиссура кино и телевидения, продюсирование), но исключительно из интереса к продюсированию. Как кинопродюсер я работал совсем недолго, ровно до того момента, как появился ГРАНД Театр и наша команда. Это опять же про призвание. Моя миссия  — танцевальная индустрия. Что касается продолжения деятельности в кино, то очень хотелось бы продолжить проект, над которым я тогда начал работать: снять серию документальных фильмов о том, почему человек вообще танцует. В своем первом фильме, который мы с командой снимали в Италии, мы попытались понять почему танцуют итальянцы, но ведь целый мир еще не охвачен.

Как вам пришла в голову идея создать театр танца? Танец — сам по себе мини-спектакль.

Это не совсем так. Жанр танца, в котором я рос и развивался, это как раз больше спорт. Есть отдельное направление, которое называется «шоу-танец», где за несколько минут пара рассказывает некую историю. В таких в соревнованиях жюри учитывает не только технические параметры, но и эмоциональную составляющую. Но танцоры довольно редко идут в это направление и, мне кажется, оно сильно недооценено. После проекта «Танцы со звездами» я взглянул на «шоу-танец» другими глазами и понял, что в России эта ниша пуста, что танцевальных спектаклей нет. И не только в России, а и в Европе, даже в мире профессионалов артистов-танцоров совсем чуть-чуть. Я уверен, что у этого направления огромный потенциал. Сценический бальный танец ничуть не уступает тем же ледовым шоу, которые у нас очень популярны.

Мы начали с танцевальных шоу. Как-то само собой случилось, что те артисты, которые начали с нами работать, не ушли после проекта, а остались и превратились в труппу. Точно так же собралась и постановочная команда. Мы создали несколько танцевальных спектаклей, разных по характеру и настроению, и стали Театром. А скоро у ГРАНД Театра будет свое здание, которое сейчас строится в соответствии с нашими задачами. Это будет уникальный театр танца! Я уверен, в ГРАНД Театр будут приезжать туристы со всего мира, наравне с Большим театром, чтобы насладиться искусством танца.

Как вы поняли, что Егор Перегудов тот режиссер, который вам нужен?

Егор Перегудов автор одних из самых талантливых спектаклей из всех, что я видел. Я считаю, что Егор по-настоящему театральный гений того мира и времени, где мы сейчас живем. Его спектакли уникальны. И кроме того, Егор потрясающий человек: интересный, интеллигентный, с чувством юмора. Мне кажется, мы хорошо друг друга понимаем и я доверяю Егору на 100 процентов. Может быть, даже на 200. Я уже предложил Егору сделать следующий наш большой спектакль. Я очень надеюсь, что наш творческий тандем, союз продлится долго. Егору интересно с нами еще и потому, что наша труппа отличается от драматических артистов, с которыми он привык работать. А нам, в свою очередь, очень интересно работать с театральным режиссером.

У вас два спектакля, где действие происходит в отеле. Что значит для вас этот образ?Отель неотъемлемая часть жизни для многих людей. В отеле могут произойти и происходят удивительные встречи, случаются самые разные истории, это центр пересечения, сводящий вместе тех, чьи пути никогда не сошлись бы в другом месте. Мы нашли истории, которые можно легко рассказать языком танца и легко понять зрителям в зале. Нас это тема вдохновила еще и потому, что тема отеля, безусловно, близка любому артисту или спортсмену: гастроли, сборы, соревнования…

Как создается танцевальная «пьеса"?

Первые шоу мы готовили без пьесы. Просто сели вокруг режиссера —Егора Перегудова и написали истории, которые могли бы происходить в отеле. Мы не задумывались о такой серьезной вещи, как пьеса, для того спектакля, который мы тогда делали, она была и не нужна. А вот позже, когда мы углубились в театральную жизнь и стали создавать уже не шоу, а спектакли, привлекли профессионального драматурга. Ему нужно было дать творческое задание на создание пьесы. Это было очень интересно, потому что никто не понимал, как писать пьесу для танцевального спектакля. Я стал спрашивать своих коллег, которые делают шоу: «Ребята, а как написать танцевальную пьесу?» И никто не мог мне ответить, потому что такого просто никто еще не делал. Обычно просто перерабатывается какой-то готовый сценарий и на этой основе ставится хореография, но это не пьеса как таковая. Очень интересный был процесс. Но самое интересное это, конечно, совместная работа режиссера и хореографа, когда супер-профессиональные артисты-танцоры попадают в руки супер-профессионального режиссера. Вот здесь начинается настоящая магия и рождаются очень красивые вещи.

В репертуаре театра есть очень необычный спектакль «Живые картины». Как именно они оживают?

«Живые картины» тот спектакль, в котором нам очень хотелось не просто «иллюстрировать телами» известные полотна, а рассказать целую историю. В спектакле есть один секрет. Некоторые картины, появляющиеся в спектакле, мы не заявляем в программке. И только люди глубоко осведомленные в живописи, могут их узнать и разгадать. Наш спектакль скорее про вдохновение картинами, нежели про иллюстрацию. Мне кажется, это гораздо интереснее.

Расскажите, пожалуйста, о совместном проекте с Ириной Винер? 

Познакомившись с Ириной Александровной, я понял, что сотрудничество с таким всемирно известным человеком, легендой мира гимнастики, грандиозной личностью, как Ирина Винер, придаст нашему танцевальному виду искусства и спорта еще больший вес. Мы же нацелены на развитие танцевальной индустрии, а гимнастика и танцы, на мой взгляд, родные души.

Наши совместные с Ириной Александровной проекты всегда про синтез. В них участвуют танцоры, драматические артисты, музыканты: дирижер, оркестр, оперные вокалисты и певцы разных жанров; представлены — художественная гимнастика, спортивные виды танца, единоборства, бальные танцы. Невероятная личность Ирины Александровны каким-то образом переплетает в себе все эти направления и в итоге всё это становится единым грандиозным проектом. Сейчас у нас два совместных спектакля: «Наваждение» и «Наваждение 2». Это спектакли об историях любви известных людей. И, чаще всего, каждая из пар, о которых мы рассказываем, соединяет русскую душу, русскую кровь и человека другой национальности: Амедео Модильяни и Анна Ахматова, Фрида Кало и Лев Троцкий, Михаил Чехов и Мерилин Монро, Чарльз Чаплин и Анна Павлова… В каждой из таких историй, рассказанных языком тела, много драмы и много любви.

Каким вы видите репертуар театра в будущем?