Ленора, для полного знакомства расскажите нашим читателям о себе, жизненном пути и о том, как вы пришли к писательству.
О, это путь, "полный лишений и выгоняний". Шучу, конечно. На самом деле я ещё не пришла. Только иду и с интересом осматриваюсь. Я ведь никогда не думала, что однажды стану писателем. Вернее, тайно мечтала об этом в детстве. Где-то очень глубоко. Но не верила в свою мечту. В выпускном классе я одновременно хотела стать учителем русского языка и литературы, работать в комиссии по делам несовершеннолетних, быть певицей и психологом. Наверное, именно поэтому поступила в училище культуры. Там я приобрела специальность "режиссёр театрализованных зрелищ и представлений". Кстати, во время учёбы одним из любимых предметов было "сценарное мастерство". Потом, когда я уже работала во Дворце культуры, на телевидении, в школе, больше всего любила писать сценарии. Праздников, телепередач, театрализованных программ. Мне нравилось переносить на бумагу то, что представляла в голове. Как герои выходят, что они говорят, что делают. Всё это ручкой, конечно. Даже когда освоила компьютер в 2005 году, ручкой было быстрее.
А вторая стезя в писательство – это мои дневники. Я описывала в них многие сложные события своей жизни, девичьи переживания. А через время обязательно перечитывала, чтобы увидеть произошедшее по-новому, осознать пройденный путь. Эта детская привычка со мной до сих пор. Как-то сами собой в дневнике стали появляться прозаические зарисовки, стихи, потом рассказы.
Ленора в возрасте первых эпистолярных опытов. Ну, и письма подругам, конечно, тоже сыграли роль. В нашем маленьком хуторе, где люди жили по непонятным для меня законам, я не очень дружила с девочками, с пацанами больше водилась. А вот в пионерских лагерях как-то находила себе подруг из других городов и хуторов. Таких же оторванных от обычной жизни, как я сама. После летней смены мы долго переписывались. Причём одной подруге я чаще писала о природе, другой – о романтических приключениях, третьей – о смешных историях из жизни. Они часто говорили, что зачитываются моими письмами, и мне это льстило, старалась ещё интереснее всё преподнести. Так вот, через эпистолярный жанр и разделение жанров, и набивала руку.
В одной из своих книг вы признались, что не получали филологического образования, не заканчивали Литинститут – просто писали всю жизнь и постоянно старались совершенствоваться в этом качестве. На ваш взгляд, какая главная составляющая литературного профессионализма? Имеют ли к нему отношение такие "маркеры", как корочки члена союза писателей, многие изданные книги, наличие фан-клубов?
Мне кажется, что мой Литинститут – это вся моя жизнь, а главная составляющая литературного профессионализма – это тотальное разрешение себе видеть мир по-своему, умение думать неожиданно и глубоко и навык облекать своё видение и мысли в слова и предложения. Причём так, чтобы это было интересно и нужно не только автору, но и другим людям. Чтобы слова не просто сотрясали библиотечную тишину, а несли пользу.
Для меня совершенствоваться – это постоянно вычищать свои тексты так, чтобы они были понятны обычному читателю. Ну, и чистить мысли в голове. Так чтобы становилось легче жить, дышать. Чтобы писать о прекрасной божественной задумке по имени Человек легко и светло. Всё это и есть мой литинститут. А изданные книги – это как курсовые работы. Ну, а корочки члена союза писателей и наличие фан-клубов – это всего лишь новые уровни игры. Кто-то их осваивает, кто-то нет. Это выбор каждого.
Мы сейчас говорим с вами не только как с писателем, но и как с психологом, автором книг, которые я бы назвала пособиями по личностному и творческому становлению. "Метод ручкотерапии. Как создать бестселлер из своей жизни", "Операция "Сепарация", "PROГОЛОСИ", "ВедьМожно". Как вы решили стать психологом, как осваивали эту профессию?
Сразу обозначу, что я не психолог, хотя многие меня им считают. Да и я сама об этом мечтала. Когда, после 20-ти лет работы в системе образования и 10-ти лет в качестве режиссёра детской театральной студии, ушла на вольные хлеба, то в первую очередь стала думать, кем хочу стать, когда выросла. Оказалось, что мне интересно кружиться в водовороте человеческих страстей, понимать причины поступков, выборов, решений. Стопы повернулись в сторону психологии. Я закончила 1-ю ступень гештальта и 1-ю ступень психодрамы в Московском институте гештальта и психодрамы. Проучилась половину 2-й ступени психодрамы, но не стала сертифицироваться. Потому что поняла: психологом в чистом виде мне не быть. Прошла курсы арт-терапии, коучинга по работе с проблемными детьми, много читала специализированной литературы, имею хороший набор практических инструментов для решения житейских задач, но я не психолог. У меня нет корочки и той структурной базы, благодаря которой могла бы сказать: "Мама, я психолог!"
Хотя то, чем я всю жизнь занималась и занимаюсь – режиссура и литература – это своего рода психология. Погружаясь в жизнь героев на сцене и в книге, и сам творец, и его читатели, зрители проживают и разрешают себе все свои чувства, выносят важные уроки. Это и есть основная задача психологии – прожить болючую ситуацию заново, по-взрослому, и вынести из неё золотое зерно опыта.
Первая ваша книга – сборник практик, помогающих писателям, которые вы назвали "ручкотерапия". Слово многозначное: это и ручка, которой мы пишем, и ласковое название человеческой руки. Расскажите вкратце, в чём состоит этот метод и как он работает?
"Метод ручкотерапии" – моя вторая книга. Первая – это сборник рассказов и новелл "Словом по холсту". "Метод ручкотерапии" собрал 10 писательских практик, алгоритмов, которые помогают выписать то, что болит, и взять на себя ответственность за свой сложный внутренний мир и всё, что в него навалено. И, вообще, посмотреть на свою жизнь немного под другим углом, через писательскую игру. Как сказала в аннотации к книге мой наставник, известный психолог Нина Рубштейн, это "
очень хорошая книга для работы наедине с собой, с психологом или вместо психолога".
У метода есть три главных правила. Первое – выписать ручкой поток мыслей и чувств. Второе – не раньше, чем через 48 часов, перепечатать написанное, отредактировать и превратить в литературный текст. Чтобы увидеть себя новыми глазами и заменить всё нелогичное, устаревшее или ранящее на новый сценарий. Лучший. Тем самым мы даём своему мозгу ориентир: "Смотри, а ведь можно жить иначе". И наконец, третье правило, самое важное – поместить текст в открытый доступ. Это может быть чат друзей, страница в соцсети, журнал, книга. Мы говорим мозгу: "Смотри, мало того, что я придумала для нас новый сценарий, так теперь ещё про это все знают. Нам с тобой ничего не остаётся делать, кроме как начать выстраивать жизнь по-новому". Так вот ручкотерапия и работает. И это действительно работает.
Интерактивная лекция Леноры Сеит-ОсмановойНазвание книги "Метод ручкотерапии. Как создать бестселлер из своей жизни" звучит так громко, что нельзя не спросить, хотя бы в шутку: само это издание стало бестселлером? Какая у него издательская судьба? Были ли или планируются переиздания?
О, нет, издание не стало бестселлером. Сколько-то книг еще лежит у меня под кроватью и ждёт своих читателей. Хотя довольно большая часть разошлась, и читатели пишут, что это действительно рабочий инструмент. Мне кажется, что в наше время стать автором бестселлера без участия крупных издательств и больших рекламных кампаний сложно. Ведь литературный рынок перенасыщен. Хотя, может быть, это моё ограничивающее убеждение. Надо выписать его как-нибудь. Но в любом случае, чтобы успешно продавать книги большими тиражами, нужно выстраивать сильный личный бренд, создавать легенду вокруг книги и автора. Ну, или нужна какая-то неимоверная удача.
К сожалению, с издательством, в котором вышла книга, у меня сложились не самые добрые отношения. Они-то как раз обещали провести рекламную кампанию, но эти деньги оказались выброшенными на ветер. Ими было продано всего 19 книг. Это смешно даже. Тем более если учесть, что я сама реализовала через свои соцсети около 300. Сейчас, насколько я понимаю, издательство является банкротом, и я счастлива, что смогла хотя бы получить свой тираж, пусть и с задержкой в год и с нарушением многих пунктов договора. Оказалось, что я такая не одна, эта мошенническая схема у них сработала много раз. Для меня это был хороший урок, теперь я знаю, как работать с издательствами. Надеюсь.
Возможно, если этот тираж книги распродастся, то будут переиздания, но уж точно на других условиях. Я бы хотела, чтобы этой книгой, как инструментом, пользовались творческие люди. Чтобы помнили, что их жизнь – это уже бестселлер, в котором они пишут свои страницы прямо сейчас.
Ваша книга "ВедьМожно!" по концепции сложнее: это сборник коротких историй, часть из которых написана вами в форме сказок и притч. Все они "поддерживают" название: в игровой форме показывают, как можно преодолеть собственные комплексы, страхи, издержки воспитания, "родовые проклятия" и т.п. Ваши сказки написаны литературно хорошо – с лёгким юмором, иронией и самоиронией, с художественными приёмами, приключениями персонажей, в общем, похожи на "обычные" сказки – ведь в каждой из них есть "намёк – добрым молодцам урок". Но всё же нельзя не спросить, что главное для вас в прозе такого рода – форма или содержание? Трудно ли писать сказки "на заданную тему", пусть и заданную самой себе?
Спасибо, Елена, за такую высокую оценку, мне это очень приятно. Вы знаете, я долго думала, какую книгу выпустить раньше – сам метод ручкотерапии или тексты, написанные с его помощью. Долго совещалась внутри себя, с мужем, с детьми, с подписчиками, что логичнее – сначала дать инструмент, а потом показать результат его работы или наоборот. В итоге книга "ВедьМожно!" увидела свет только через полтора года после "Метода ручкотерапии". Как говорится, "а теперь наша волшебная палочка в действии!"
У этой книги более счастливая судьба. Весь её тираж распродан, и я даже планирую заказать дополнительный. Ведь можно! К тому же люди просят. В этой книге сказки, истории и писательские медитации наглядно показывают, что можно пройти свой путь менее болезненно. Что у каждого из нас есть и комплексы, и страхи, и те самые "родовые проклятия", которые влияют на наши выборы и решения. На нашу жизнь. Что если их переписать и позволить себе другой сценарий, то происходит самое настоящее волшебство.
Что касается того, что важнее – форма или содержание, то для меня лично важнее сам процесс письма. Важно, чтобы человек решился взять в руки ручку и перелицевать то, что ему мало, узко и не актуально. Ведь уже в тот момент, когда пишется, в голове выстраиваются новые нейронные связи. Потому что мозгу не важно, происходит что-то со мной в реальности или в воображении, на бумаге. Ему важно получить точную задачу к действию. И когда я ему её даю – начинают происходить перемены.
А по поводу того, трудно ли писать сказки на заданную тему... мне не очень трудно. Потому что, если я себе её задаю, значит, она меня волнует, триггерит. Очень многие участницы моих писательских курсов (некоторые тексты есть в блоке "Писатели, которые не писатели") говорили о том, что их жизнь поменялась благодаря тому, что они переписали в своей голове устаревшие сценарии на новые, здоровые.
Ленора Сеит-Османова - лектор Российского общества "Знание"Лично мне даже больше сказок понравились "Ленормальные истории, реальные и нереальные" – рассказы, тоже содержащие советы, рекомендации для различных жизненных ситуаций. Они характеризуют вас как писателя, умеющего наблюдать за жизнью и описывать её. Есть ли у вас «просто» книги, не психологические – стихи, проза?
Я их тоже очень люблю! Хотя писать и публиковать ленормальные истории мне было сложнее, чем сказки и медитации. Ведь в них не спрятаться за волшебством, сказочными персонажами, "придуманными" переживаниями, образами. В ленормальных историях – нерв живой жизни. Там реальная болючая ситуация, для которой нужно найти конкретное рабочее решение.
Мне действительно интересно наблюдать за жизнью людей, хотя это, скорее, не наблюдение, а переваривание. Я прогоняю человечьи истории через себя, через свою линзу восприятия и нахожу решение из того бэкграунда, в который собрала свой личный опыт. Вот в этом как раз сложность. Это ведь мой опыт. Я не претендую на его истинность, но в рассказах транслирую как единственно верное решение для героя. Страшно подавать такое блюдо людям. Но не буду в это углубляться, иначе наше интервью превратится в психоанализ.
Что касается "просто книг", то сборник рассказов "Словом по холсту" – это как раз оно. Тексты для этого сборника писались сами собой, когда я разбиралась со своими внутренними завалами. Я вовсе не собиралась их публиковать, потому что они были для личного пользования. Через эти живые истории я пыталась понять, почему в моей жизни всё так сложно, почему я живу с мужем-алкоголиком, почему не разрешаю себе быть собой. И вот однажды рассказы встали во весь рост и сказали: "Мы хотим быть". Так и появилась на свет книга "Словом по холсту". Как появились деньги на её издание – это, вообще, чудесная история, я уже много раз о ней писала и говорила. Ну, а стихи… Книгу стихов очень хочу издать, но мне пока страшно. Я очень люблю все свои стихи, но пишу их редко и не знаю, будут ли они кому-то так же по душе, как мне. Так что эта книга пока под большим вопросом.
Другую часть книги "ВедьМожно!", "Писатели, которые не писатели", составляют истории, созданные слушательницами вашего писательского курса. Расскажите об этом курсе – с чего он начался, как складывалась его история, и как технически вы работаете с жительницами самых отдалённых от Крыма российских регионов? Выпуск книги с историями ваших воспитанниц, если можно так выразиться, был элементом терапии? Есть ли у проекта продолжение, и будут ли новые книги такого рода?
Когда мне стали приходить сообщения в соцсетях, комментарии по типу "Ленора, ты так здорово пишешь, научи", я, конечно, сначала смеялась. Потом пугалась. Я же не писатель, я просто пишу, как могу. А потом близкий круг девчонок ухватил меня за жабры, и мы устроили писательский марафон. Тогда ещё не было ни метода ручкотерапии, ни осознаний про него. Я на ходу придумывала задания, и мы просто окунулись в писательскую игру. И столько в ней было честности, искренности, открытий, что мы сами обалдели.
В итоге я провела около 10 таких курсов онлайн для женщин из разных городов России. В "ВКонтакте" создавала чат и рассылку, через которую участницы получали задания. Как раз эти задания и вошли в книгу.
Я открывала для себя невероятные миры удивительнейших людей. Казалось бы, самая обычная женщина, бухгалтер, домохозяйка, уборщица магазина, а внутри такой мир... Целая Вселенная. Я поняла, что, по сути, любой человек, который умеет мыслить, чувствовать и писать, может сложить слова и предложения в литературный текст. Да, он не сразу станет классически стройным, и не войдёт в историю, но у него точно будут свои читатели.
Прошлым летом мы писали уже не просто тексты, а мудрые сказки, объединённые единой линией. Сейчас готовим книгу к изданию. Надеюсь, что летом 2026 года она увидит свет.
Занятия по "ручкотерапии", ЯлтаКак можно понять по схожим сюжетам, участницы курса раскрывают одни и те же темы, например, каждая по-своему рассказывает о брошах. Что значит этот символ? Какие ещё общие темы вы используете, и что они означают или для чего предназначены?
Когда я даю единое задание, алгоритм, участницы всегда пишут по-разному. Про ту же брошь. В задании участница в рандомном порядке получала предмет, который нужно было описать. Это были разные слова – и брошь, и чайник, и халат, и всё что угодно. И как же было интересно читать тексты про одно слово. Алгоритм один, слово одно, а тексты совершенно разные. Потому что женщины разные, они живут разным, видят броши абсолютно по-разному, вот и получается у каждой своя история. И эта история не про брошь, а про неё, женщину.
Один из любимейших моих алгоритмов – это диалог. Когда ты задаёшь вопросы в пустоту и сама же на них отвечаешь. Сюжеты получаются очень неожиданные. У меня все эти диалоги становятся разговором с Богом.
Ленора Сеит-Османова на "Тавриде.Арт"Вообще, сегодня книги по психологии и самосовершенствованию бешено популярны и находятся в топах продаж, а издательства всё продолжают наводнять ими рынок. Как вы объясняете этот феномен? Какие видите в нём плюсы и минусы?
Людям хочется самостоятельно разобраться с тем, что я такое, что я за элемент, как мне себя встроить в эту жизнь. Потому книги по психологии и популярны. Особенно прикладные, через которые можно обучиться нужным навыкам – достигать цели, понимать себя, управлять своими эмоциями. К сожалению, нас и наших родителей воспитали по строгому советскому шаблону, и нам приходится из него выкарабкиваться, взламывать, учиться видеть себя.
Плюс таких книг в том, что человек может найти решение своей проблемы. Минус в том, что для того, чтобы понять, подходит тебе книга и решение из неё или нет, её нужно прочитать. А это время и деньги. Не всегда книга, которая подошла одному, максимально подойдёт тебе. Это такая лотерея.
Мне тоже видится, что всякая "рекомендательная" книга – нечто вроде "средней температуры по больнице": одному подойдёт, другому окажется не столько полезна, сколько вредна. Можете ли посоветовать, как найти "своего" психолога, если речь идёт о книгах?
Ну, наверное, стоит приглядеться к автору. Какой он проходит путь, на какой волне его несёт по жизни. Если тебе подходит его волна и ты хочешь, чтобы она несла тебя потоком на протяжении какого-то времени, то иди за ним. Любая книга – это квинтэссенция всего, что есть в авторе на определённом отрезке его жизненного пути. Если тебе это импонирует, если ты понимаешь, что вот этот способ мысли, жизни, способ выходить из сложных ситуаций тебе максимально откликается, значит, нужно это читать. Если не особо резонирует, то не надо. Даже если рекомендует лучшая подруга. У меня так было часто. Давали книгу, говорили: "Тебе точно зайдёт". Я читаю и понимаю – не моё. А бывают истории, когда дают книгу со словами: "Скорее всего, тебе не зайдёт, написано очень сложно", — а я читаю и понимаю – моё. Как будто бы я сама это всё написала.
Поэтому здесь нужно внимательно слушать себя и доверять себе и своим впечатлениям. Впрочем, это касается не только выбора книг.
Занятия в Школе СВОихСакраментальный вопрос про ваши творческие и иные планы?
Творческих планов – громадьё. Я хочу закончить, наконец, свою детскую книгу "Бриллианты ДНК". Хочу, чтобы она увидела свет, найти издательство, которое в ней заинтересуется и донесёт её до детей. Есть у меня задумки киносценариев. Хочу, чтобы они тоже нашли воплощение в фильмах. Есть ещё одна книга, которую написала летом 25-го года, лежит в черновиках. Тоже хочу довести её до ума и до людей. Хочу, чтобы люди писали свои сказки вместе со мной, чтобы мы выпускали сборники. Хочу, чтобы мир увидел, что в женщине таится огромная созидательная сила, мудрая и творческая. Хочу об этом рассказывать всем. Хочу проехать по всей стране от Крыма до Сахалина с книжной лавкой, читать свои сказки, рассказывать про ручкотерапию, про то, как писать самый счастливый сценарий жизни. В общем, планов много, Елена.
То важное, о чём я не спросила, но сказать обязательно надо?
Наверное, самый важный вопрос: "Почему ты всё это делаешь?" И мой ответ будет таким: потому что в моей жизни есть мой мужчина, моя семья, которая всегда меня поддерживает. Это моё благословение небес, моё счастье. Я не была бы той самой ленормальной крымчанкой и поющим писателем, если бы мой муж не поддерживал моё творчество. Он разрешает мне творить и быть такой, какая я есть. Он поддерживает меня, иногда даже не понимая. Просто потому, что он меня любит. И это такое огромное счастье, которого я желаю всем женщинам. Особенно женщинам, которые творят. И вам, дорогая Елена, тоже! Ведь можно!
Ленора, спасибо за откровенный разговор и за напутствие!
